Книга Милая, у нас не будет развода, страница 12 – Арина Арская

— Парни! — Егор повышает голос. — У вас есть еще шанс самим разойтись по разным углам! Считаю до трех и иду к вам! Раз, два, три… Я иду, парни. И злой, как черт.

— Воды? — Лидия улыбается.

Поверить не могу, что меня Егор затащил меня к психологу после веселенькой ночи с близнецами, которые устроили драку и поставили друг другу по фингалу.

И не поделили они ту самую девочку, которой вытаскивали клюшками монетку.

Егор их с рыком разнял, сунул по пакету со льдом и около двух часов пытался добиться от них причины, какого черта они посреди ночи начали махать кулаками.

Потом гаркнул, и он раздуплились на правду.

Понравилась девочка, решили обсудить, какая она “дура” и пришли в итоге к драке.

Если дура, то зачем драться?

Я не понимаю мужчин. Даже маленьких, а вот Егор, похоже, понимает, потому что ему удалось разрулить напряжение между сыновьями и отправить спать.

— Нет, спасибо, обойдемся без воды, — вздыхаю я.

— Я вас слушаю, — Лидия переводит взгляд с меня на Егора. — В чем запрос?

— Он меня не хочет, — пожимаю плечами. — Ему другую бабу подавай.

— Это была ваша инициатива прийти ко мне? — спокойно и дружелюбно спрашивает Егора.

— Да.

Лидия что-то записывает в блокноте.

— А я не хочу быть здесь.

— Почему? — Лидия переводит на меня взгляд.

— Он хочет другую.

— Я слышала.

— Вы правда считаете, что у вас получится вернуть моему мужу огненное желание ко мне? — с вызовом вскидываю бровь. — Запрос-то у моего мужа в том, чтобы у него на меня, как он сказал, колом стоял.

— Вы на него обижены?

— Нет, блин, я в диком восторге от такой новости, — смеюсь я. — Блюю бабочками.

Жду, когда лидия возмутится моей злости и агрессии, но она умиротворенная и внимательная.

— Ни с того, ни с сего, — продолжаю я, — взял и заявил, что хочет другую. Вот пусть и идет к ней.

— Измена была? — Лидия смотри на Егора.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я люблю жену, и я прекрасно знаю по чужим примерам, что гулянки рано или поздно вскрываются. Оно мне надо усложнять себе жизнь? Она же гордая, — кивает на меня. — без последних трусов в мороз уйдет, а мне потом за ней по сугробам идти. Сам где-нибудь околею с сожалением и чувством вины, что проебал такую женщину.

— Не выражайся.

— Я спокойно отношусь к обсценной лексике, — Лидия все еще спокойна. — Иногда именно только она может выразить те эмоции должным образом, — смотрит на меня, — если в моменте подбирать правильные слова, то эмоция может ускользнуть.

— Я с вами не согласна.

— Ваше право.

— И вы мне не нравитесь.

— Так и должно быть, — пожимает плечами. — Другой вопрос, надо ли вам, чтобы я ковырялась в ваших ранах.

— Нет, не надо.

— Тогда можете идти.

— И это на все, что вы способны? — зло удивляюсь я.

— А вы все еще тут.

Я вскакиваю, в ярости шагаю к двери, у которой останавливаюсь и медленно выдыхаю и возвращаюсь на диванчик, обитый зеленым бархатом.

— Почему вы вернулись?

— Я не знаю, — закрываю глаза. — И вы часто будете задавать вопросы с почему?

— Да.

Смотрю на Лидию, а она все такая же спокойная.

— Я не верю, что можно разбудить страсть в человеке, который остыл.

— А я не обещаю, что вы вернете себе ту страсть, которая вас столкнула, — Лидия вздыхает. — Такая страсть оправдывается лишь новизной и риском, Инга.