Книга Наследники для генерала. Захлебнись в моей любви, Дракон!, страница 68 – Милена Вин

От глубокого, обладающего какой-то беспредельной силой голоса на плечи посыпались горячие мурашки, с поражающей скоростью растекаясь вдоль груди. Таким голосом только приказы отдавать. Или шептать на ухо непристойности, от которых я наверняка буду красная как вареный рак.

— Атуры тебя побери, женщина, — выругался Николас, аккуратно приподнимая пальцами подбородок. — Чему ты так улыбаешься? Будто умыкнула с общей тарелки последний кусок пирога.

— А ты чего такой строгий? — бросила с деланным равнодушием, но моя игра в хладнокровную леди продлилась недолго. Губы снова растянулись в улыбке.

Ничего не поделать — с трудом соображаю и контролирую саму себя.

— Я не строгий, а задумчивый, — поправил с важным видом, мягко очерчивая пальцем линию скулы. — Вот думаю, что ты увлеклась. Твой максимум — два бокала.

— Неправда. — Ощутив волну возмущения, выпятила грудь, сталкиваясь с торсом генерала. Отлипнуть не дали, обхватили за талию, прижимая плотнее к большому твердому телу. — Я с братом соревновалась, знаешь ли… Он быстрее меня отключался.

— Ага, Лиама мгновенно вырубало после третьего бокала. Проходили, знаем. А тебя уже после второго ведет не в ту сторону, однако держишься на удивление стойко.

— Вот видишь. — Я расплылась в еще более довольной улыбке, доверчиво обвивая руками крепкую шею. — Я молодец.

— Поэтому опоила всех учителей? Из-за этого некоторые проявляли чрезмерную настойчивость. Думаю, их придется заменить.

— Не смей. Замечательные люди, просто от одиночества заскучавшие. И вообще… — Я воззрилась на него хмурым взглядом, не особо обратив внимания на изумленно вздернутую бровь. — Чего ты все об этом да об одном… Спать пора.

— Пора, — поддакнул мужчина, громко сглотнув, отчего его кадык подпрыгнул и тут же рухнул вниз.

Я как завороженная проследила за этим преисполненным волнения движением, поздно сообразив, что его лицо оказалось непозволительно близко.

— Меня ноги не держат, милорд, — призналась, сквозь дымку перед глазами пытаясь разглядеть, какие чувства и эмоции затаились на дне синих омутов, нещадно затягивающих и околдовывающих всякий раз, когда я в них смотрела.

— Знаю.

Очень близко. Такое жалкое расстояние обычно предвещает долгие страстные поцелуи.

Признаюсь честно, я была к ним абсолютно готова. Предвкушала вкус его губ, их мягкость и тепло, сдаваясь слабо вспыхивающим в сознании непристойным мыслям…

Которые разогнал тихий звук короткого смеха.

— Даже не думай, Кейт, — припечатал насмешливым тоном. — Пьяную не поцелую, раз сам не пьян. Потом проснешься, пожалеешь. От твоих тумаков спасенья не найдется.

— До чего ж вы жестокий человек… — буркнула и, поджав губы, уткнулась носом в широкое плечо, словно специально подставленное и предназначенное для моего обиженного ухода.

— Предусмотрительный.

Даже смотреть на него не пришлось: я точно знала, что на его лице мелькнула усмешка.

— Неси уже. Спать хочется…

— Как скажешь.

Легко оторвав от пола, генерал поднял меня и понес в спальню, в нашу общую спальню, позволяя ненадолго расслабиться в его руках.

Или надолго…

Наверное, и минуты не прошло, как я нырнула в расставленные сети усталости. И все равно упрямо продолжила прислушиваться к тяжелым шагам и какой-то возне неподалеку. Шепоту, тихим словам…