Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4, страница 81 – Сергей Изуграфов

Усевшись на стул с кружкой в руках, смотритель сделал несколько дробных глотков, словно боясь обжечься, дернув острым кадыком на морщинистой шее, и произнес:

— Дальше было просто ужасно. Я возвращался в главное здание, вошел с дороги во двор. Я не сразу его увидел, проклятая близорукость! Зрение стало подводить: пришлось много работать с книгами и старыми записями… Я практически прошел мимо, погруженный в свои мысли. Заметил его только в самый последний момент. Я… Я был совершенно к этому не готов, понимаете? Совершенно! Растерялся, как ребенок. Правда, посмотрел на часы, — было без пяти минут шесть, — почему-то решил, что это будет важно.

— Безусловно, очень важно, — кивком подбодрил его полицейский. — Продолжайте! Что было дальше?

— Дальше я вбежал в кабинет, взял вот в этом телефонном справочнике, — старик ткнул пальцем в небольшой томик желтых страниц, на обложке которого значилось «Телефонный справочник Кикладских островов», лежащий на столе, — номер полицейского участка и позвонил. Ваш сержант снял трубку. Как мог, я объяснил ему в чем суть, он приказал оставаться на месте до его приезда и дальнейших указаний полиции. Вот, собственно, и все.

Какое-то время они оба молчали. Старший инспектор пил кофе, мучительно пытаясь понять, что именно ему не нравится в рассказе смотрителя. Допив, он поставил кружку на стол.

— Другими словами, Дионисиади, вы ничего не видели и не слышали?

— Нет, — помотал головой старик. — Увы.

— Сколько времени вы отсутствовали во дворе? Прогуливались, как вы говорите, по окрестностям?

— Минут двадцать, двадцать пять, — развел руками смотритель. — Точнее мне сложно сказать. Сегодня был очень красивый восход солнца, я немного задержался на холме. У нас здесь рядом есть две полуразрушенные ветряные мельницы, одна сохранилась гораздо лучше второй. Иногда я хожу до них и обратно. Вот и сегодня, я дошел до той, что лучше всего сохранилась и вернулся.

— Как далеко она находится?

— Мне сложно точно определить расстояние, — помялся смотритель, — возможно, около ста метров. Или чуть больше.

— Впрочем, это нетрудно выяснить… Сколько вы там пробыли?

— Не больше десяти минут, полюбовался восходом солнца и отправился обратно в замок.

— Видели кого-нибудь по дороге?

— Не видел.

— Заметили ли что-нибудь необычное?

— Нет, ничего.

— Проезжала ли какая-нибудь машина рядом с замком? Возможно, вы заметили номера?

— Это с моим-то зрением, господин старший инспектор? — невесело усмехнулся Дионисиади, покачав головой. — Бог с вами! Я же говорю вам, я едва не прошел мимо покойника. Где мне различить номера на машине!

— Хорошо, — несколько разочарованно буркнул себе под нос Антонидис. — Теперь о покойнике. Вы заявили, что никогда ранее его не видели?

— Не совсем так, я сказал, что он мне совершенно не знаком.

— А в чем разница?

— У вас хорошее зрение, старший инспектор? Если бы вы были полуслепы, как я, вы бы поняли, что я имею в виду! Я мог его видеть среди других посетителей или работников, видеть и не узнать. Все лица для меня сливаются, пока я не начинаю общаться с человеком на очень близком расстоянии, практически вплотную. Но тогда я запоминаю лица очень хорошо, у меня фотографическая память.

— Понимаю, понимаю, — вздохнул Антонидис, доставая из кармана записную книжку и наскоро делая в ней пометки. — Значит, вы его не знаете.