Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4, страница 80 – Сергей Изуграфов

Напротив двери, в дальнем углу, стоял большой письменный стол, заваленный бумагами. Шкафы, стол, два стула — вот, собственно, и все убранство кабинета смотрителя. Еще журнальный столик, на котором стоял электрический чайник и поднос с посудой.

«Не густо! — подумал Антонидис, оглядевшись. — По крайней мере, действительно прохладней. И намного. Неудивительно, что он в теплом свитере. Если сидеть здесь часами, — так и простудиться недолго. Горячего кофе бы сейчас в самый раз!»

— Прошу вас, присаживайтесь, — предложил хозяин кабинета, словно услышав его мысли. — Я сейчас поставлю воду для кофе.

Он долил в чайник воды из кувшина, стоявшего на подносе, и щелкнул выключателем. Чайник негромко зашумел.

— Благодарю вас, — кивнул Антонидис, плотно усаживаясь на деревянный скрипучий стул. — Итак, вернемся к вашему сегодняшнему утру. Расскажите, пожалуйста, все по порядку.

Смотритель присел на краешек другого стула, рядом с чайником. Выслушав полицейского, он кивнул и несколько растерянно развел руками.

— Собственно, и рассказывать-то особо нечего. Я уже все рассказал вашему коллеге… Понимаете, я сплю мало, ложусь поздно, просыпаюсь на рассвете. Какой сон у стариков? Одно название! — Дионисиади снял очки и, подслеповато щурясь, стал их протирать белой бумажной салфеткой. Лицо его приняло усталое и беспомощное выражение, на переносице ясно отпечатался красный след от металлической дужки. Руки смотрителя подрагивали. — Вот и вчера допоздна работал с документами: готовил отчет о работе исследовательской группы, что трудилась у нас в замке с весны. Собирал материалы, систематизировал, подшивал, вставлял описания, нумеровал иллюстрации. Вот за этим самым столом… Я, видите ли, по образованию историк, специалист по Латинской Империи… Впрочем, вам это, наверно, не очень интересно, — добавил он, вернув очки на переносицу и взглянув на внимательно слушавшего его полицейского. — Так вот, лег спать, когда было уже больше часа ночи. Это в соседнем помещении, за стеной. Там у меня старый диван и небольшой электрокамин, ночами бывает совсем промозгло… Проснулся, как всегда, в пять утра. Умылся, заварил кофе. В половине шестого вышел подышать воздухом. Эту привычку я приобрел давно, еще когда у меня была собака… Прибилась, знаете, беспородная такая, старая, как и я. Сначала я думал, что будет в тягость, а потом даже обрадовался. Все не так одиноко! В замок ее правда не пускал, сколотил ей будку за пределами двора. Пять лет будет, как умерла, а привычка утренних прогулок у меня осталась. Я обхожу замок вокруг, проверяю, все ли в порядке. Хотя, что с ним может случиться! Иногда прогуливаюсь по ближайшим окрестностям, разминаю старые косточки… Я гуляю около двадцати минут, потом завтракаю и снова за работу.

Чайник, шумно булькая, вскипел и, щелкнув, отключился. Старик вздохнул, встал и начал возиться с кофе.

— Что было дальше? — украдкой взглянув на часы, задал вопрос старший инспектор.

— Дальше? — вполоборота повернувшись к нему, повторил смотритель, раскладывая кофе по стаканам. — Вы простите, у меня только растворимый, вам сколько ложечек? Две? Три? Замечательно. Вот, прошу! Сахар кладите по вкусу!

Дионисиади вручил Антонидису его кружку с дымящимся напитком, поставил перед ним на стол белую керамическую плошку с отколотой ручкой, которая была до половины наполнена желтоватыми кусочками колотого виноградного сахара. Старший инспектор поискал глазами — щипчиков не было, тогда он аккуратно пальцами взял два небольших шероховатых на ощупь кристалла, опустил их в кружку и тщательно размешал, стараясь не звенеть ложечкой.