Книга В пекле немецкого логова, страница 94 – Александр Тамоников

— Да. Во всяком случае, она так говорит, — ответил Анатолий.

— Но мы не можем… — начал возмущаться Возняк, но Зубов его прервал:

— Не можем. Но это, в конце концов, ваши евреи. Польские. Граждане вашей страны. Или ты тоже, как и гитлеровцы, не любишь евреев? — не очень дружелюбно прищурившись, посмотрел на поляка Зубов.

— Глупости! — возмутился Возняк. — У меня сестра была замужем за польским евреем. Их угнали в Германию сразу же после оккупации.

— Не думаю, что их угнали в Германию, — заметил Зубов и теперь уже с сочувствием посмотрел на Миколая. — Ты слышал о лагерях смерти, в которых фашисты травят евреев газом, а потом сжигают в печах?

— Да, — тихо ответил Возняк. — Слышал. Просто я все-таки надеюсь увидеть сестру живой и утешаю себя таким образом. Говорю, что она осталась жива и ее просто угнали в Германию.

— Это ты зря так себя утешаешь, — усмехнулся Анатолий. — Не стоит недооценивать врага, с которым ты ведешь борьбу за свободу своей земли. Враг безжалостен, и его надо уничтожать точно так же — без жалости, а не строить иллюзии.

Миколай, понимая и принимая правоту Зубова, молчал, опустив голову. Тогда Толик подошел к нему и, положив руку на его плечо, сказал:

— Сейчас у тебя… у нас есть возможность не позволить нацистам совершить очередное зверство по отношению к твоим землячкам. Мать и сестру этой девочки и с ними еще нескольких женщин должны отправить в лагерь смерти, — поведал Зубов поляку историю, которую сам только час назад узнал от Галины. — Если у нас будет возможность помочь им, то мы поможем. Большего я и сам пока ничего не знаю. Вернется капитан Шубин, он объяснит, что нужно делать.

Вскоре Глеб вернулся. Он был сосредоточен и серьезен. Таким его Анатолий еще никогда не видел. Когда вокруг него собрались Возняк, Астафьев, Зубов и Галина, которая в этой операции командовала группой девушек, он сказал:

— Женщин уже давно загрузили в вагон и должны были отправить еще час назад. Но состав задержали по просьбе диспетчера из Влощова. Теперь ждут, когда из Конецполя придет состав с цистернами, и только после этого отправят вагоны со скотом и с людьми. В общем, отправят примерно через двадцать минут. Если снова не будет никакой задержки, которая отодвинет отправку. Я сказал им, что привез еще девушек и мне надо знать, на каком пути стоит состав.

— Узнал? — нетерпеливо спросила Галина.

— Да. Теперь нам надо придумать, как добраться до него, найти вагон с женщинами и освободить их.

— Наверняка состав охраняется, — высказался Возняк. — Как ты думаешь освободить женщин? Это невозможно сделать, не привлекая к себе внимания немцев. А привлечение внимания чревато…

— Извини, Миколай, я перебью, — сердито оборвал Возняка Шубин. — Я не просто так забрал часть взрывчатки и увез ее в другое место. Иванихин со своими ребятами установит ее на ветке по направлению к станции Кельце-Слиховице. Это рядом, насколько ты знаешь.

— Да, знаю, — недовольным голосом ответил Возняк.

— Миколай, — уже спокойно обратился к нему Глеб. — Начало операции назначено на два часа ночи. Так? Именно в это время люди Оскара затевают перестрелку с охраной тюрьмы в городе. Мы выжидаем полчаса, чтобы дать немцам подтянуть к тюрьме как можно больше солдат, и одновременно с партизанами Ярузельского производим взрывы. Они на своем участке у Пекошува, а мы здесь. Я все правильно сказал?