Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 57 – Ли Льеж

— Ты всё ещё любишь Уильяма?

Джин усмехнулась — как-то слишком уж поспешно.

— Нет. Уверена, что нет. Я больше не девчонка. Подумай, ведь прошло почти десять лет! Я изменилась, он изменился… Я уже и не помню, как он выглядит. Я почти забыла его голос, его руки, его походку. Но я, чёрт возьми, хочу понять, почему он так со мной поступил!

Джин ругается!!! У Эмилии холодок пробежал по спине. Ей вдруг подумалось, что она очень плохо знает свою подругу — мудрую, верную, дружелюбную Вирджинию Кэллаган. В светлой душе Джин, оказывается, бушевали пожары и таяли адские ледники, там была любовь, тлеющая как уголь, и там была боль от предательства. И недоумение, и гнев.

— Ты уже виделась с Уильямом после его возвращения? — почти шёпотом спросила Эмилия, чтобы не длить эту жуткую тишину.

Но лицо Джин уже вновь было спокойным.

— Нет, — сказала она, — не виделась. Как и ты, я встречала в Вайтберри только Джессику и её отца. Но говорят, что вернулась вся семья.

— Тогда объясни мне, — Эмилия раздражённо потёрла лоб под шляпкой, чтобы собраться с мыслями, — ты хочешь, чтобы Джессика появилась на собрании нашего клуба, чтобы… чтобы…

Она никак не могла сформулировать мысль, крутящуюся у неё в голове, но Джин ответила вместо неё:

— Знаешь, может быть, это прозвучит глупо, но я познакомилась с Уильямом через Джессику, которая была моей одноклассницей. Если б не она, вряд ли мы с ним перекинулись бы хоть словом… Нас ведь ничего не связывало, ни единой ниточки. И я подумала, что… возможно, так я смогу встретиться с ним снова? С помощью Джессики?

— Ты хочешь попросить о помощи Джессику Рэтч? — недоверчиво спросила Эмилия.

— Ох, да нет же, не напрямую… Словом, я сама не знаю, чего я хочу. Я совершенно точно не хочу втягивать тебя в эту историю, ведь Рэтчи — семья с сомнительной репутацией. Но без тебя мне не справиться. И раз уж так сложились обстоятельства… — Джин замолчала, прикусив губу, и потом неловко рассмеялась. — Кажется, я совсем плохо соображаю, Эми. Совсем потеряла голову.

Эмилия тоже выдавила из себя улыбку, хотя никакой радости она не чувствовала. С одной стороны, ей очень хотелось помочь Джин — единственной подруге, которая — подумать только! — оказалась настоящей героиней романтического произведения. С другой, ей совершенно не хотелось иметь дел ни с Джессикой, ни с её отцом, а Уильям Рэтч её вообще не интересовал.

Но выбора, похоже, не было. Эмилия сама втянула себя в неприятности, сперва устроив немыслимый кутёж в магазине готового платья, а затем задолжав пятьсот фунтов мистеру Рэтчу. Если б не её глупость, этой ситуации можно было бы избежать. Но раз всё получилось так, как получилось, ей оставалось только смириться с обстоятельствами и приготовиться принять Джессику в члены Клуба Прогрессивных Женщин. Если, конечно, она вообще изволит явиться на собрание.

— Подумать только, клуб ещё даже не начал свою работу, а мы уже так увязли в проблемах, — пробормотала Эмилия, ни к кому не обращаясь.

Джин встала и взяла её за руку.

— Знаешь, как говорят? Лиха беда начало. Поверь мне, всё устроится наилучшим образом.

— Это с Джессикой-то? Сомневаюсь, — фыркнула Эмилия.

Джин сделала шаг в сторону, не отпуская руку Эмилии, и посмотрела на неё взглядом художника, оценивающего привлекательность модели.