Книга Тень императрицы, страница 117 – Аннa Шнайдер

— А старого куда? Неужели в тюрьму?

— Два года общественных работ и штраф. Теперь улицы метёт. Не здесь, правда, в каком-то другом городе.

— Невероятно… — протянул Гай, и Валлей энергично закивала.

— Вот именно! Я тоже так подумала, что это неспроста. Годами никто ничего не замечал, да и замечать было почти нечего, эти-то нарушения с трудом нашли, уж слишком тщательно искали. Как будто задание дали проверяющим — убрать директора. Вот я и решила, что это с тобой связано.

— Объясни мне логику, я не понимаю.

— Перед тем, как брать тебя на государственную службу, безопасники должны были проверить твоих родственников, — пояснила Валлей. — Из-за чего ты попал в изолятор, Гай? Тебя шантажировали. Вдруг подобное повторится? Шантажировали-то тебя нами, и мы с Тейкой до сих пор существуем, значит, ты уязвим. Если тебя взяли на важную работу, должны были по максимуму обезопасить твои слабые места. От меня убрали директора, который всеми правдами и неправдами пытался сделать сам знаешь что — если бы не Карл, я бы давно пропала. И денег стало больше, я теперь не экономлю каждую мелочь. А ещё… правда, в этом я не уверена, но мне кажется, что за нами следят.

«Вполне возможно», — решил Гай, вспомнив серьёзное и холодное лицо императора. Если Гай — точнее, его мозги, а ещё родовая магия, — действительно важны для Арена, он мог организовать защиту Валлей и Тейке.

И впервые за последние дни — с тех пор, как Гай познакомился с императором, — его затопила сильнейшая благодарность по отношению к этому человеку. Да, весьма своеобразному — но, кажется, всё-таки справедливому.

— В общем, — заключила Валлей, коснувшись ладонью руки Гая, — последние пару месяцев мне стало намного легче. А теперь так вообще будет легко, ведь я точно знаю, что ты жив. И когда-нибудь вернёшься.

Она вновь обняла его, не дожидаясь ответа — да он и не мог ничего ответить, — и прижалась лицом к груди, пряча слабую улыбку, полную робкой надежды.

Во время ужина вместе с сестрой и дочерью Гай всё удивлялся тому, что Ральф его совсем не торопит. Насколько он уже успел убедиться, Рильо никогда не забывает о собственных обязанностях, но сейчас он будто позволил себе немного расслабиться. И когда Гай и Валлей спустились вниз, выяснилось, что Ральф и Тейка занимаются лепкой из пластилина. Точнее, девочка лепит, а начальник охраны дворца сидит рядом и сосредоточенно смотрит на это под её увлечённое журчание:

— Ну как же так, лазве можно совсем ничего не уметь? Это же плосто! Вот, видишь, колпус. Тепель надо сделать колёса…

— Магмобиль лепите? — поинтересовалась Валлей, подходя ближе, и Тейка важно кивнула, поднимая глаза.

— Ага. Пледставляешь, Лея, дядя Май вообще не умеет лепить из пластилина. Я думала, так не бывает!

— Бывает, когда нет детей и племянниц, — пояснил Ральф, с тёплой улыбкой глядя на Валлей. — А я сам слишком давно был ребёнком и уже успел забыть все эти премудрости. Но ты можешь меня научить.

— Конечно, научу! — подтвердила Тейка, а Гай, посмотрев на сестру, заметил, как та поджала губы. Она была рада видеть брата, но на его спутника это точно не распространялось. И Гай Ральфу даже немного сочувствовал — вряд ли начальник охраны дворца понимает, с кем связался. Валлей не сдастся без боя. По правде говоря, Гай не представлял, что должно случиться, чтобы его сестра сменила гнев на милость. Не помогут даже взаимные чувства — Валлей умела игнорировать собственные симпатии и закрываться от них наглухо. И пока ни один мужчина не смог прорваться сквозь стену её отчуждённости.