Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 153 – Юлия Зимина

Вся эта лживая, заботливая возня вокруг Аэлины. Эти бесконечные «укрепляющие» отвары. Эти заунывные молитвы за ее здоровье. Каждый раз, когда супруга беременела, мать присылала своих лучших лекарей — самых уважаемых, проверенных, доверенных. И каждый раз… каждый раз беременности заканчивались страшным.

Дальше так продолжаться не могло.

— Скажи, — наконец произнес Олден, не оборачиваясь. Голос его прозвучал ровно. Слишком ровно. Так говорят, когда внутри полыхает костер, но снаружи — гладь замерзшего озера. — Почему ты каждый раз давал моей супруге отвар с лавровым листом, когда узнавал, что она в положении?

Оглушающая тишина разлилась по кабинету.

Олден так и стоял спиной к старику, не спеша поворачиваться. Тяжело. Ему было так тяжело смотреть в это сморщенное, лживое лицо.

— Ва-ваше вели-личество… — с заиканием пролепетал лекарь. — Я не поним…

— Почему настаивал, — беспощадно продолжал Олден, не давая ему ни секунды передышки, — чтобы императрица принимала горячие купели с травами, когда низ ее живота начинал тянуть? Хотя в ее положении горячая вода — верная смерть для плода!

Старика повело в сторону и он точно упал бы, но Ксандр сделал шаг и быстро подхватил лекаря под локоть, не давая тому рухнуть.

— Столько лет… — донесся болезненный, тяжкий вздох императора. — Столько лет ты и твои лекаришки травили Аэлину. Уверяли меня, уверяли ее саму, уверяли весь двор, что она слаба телом. Что ее чрево «проклято». Что небеса не дают ей выносить дитя. А на деле…

Император резко повернулся.

Лекарь вздрогнул и испуганно отшатнулся.

— На деле вы убивали наших с ней детей! — глаза императора вспыхнули неприкрытой яростью. — Каждый раз! Год за годом! Чем ты лучше наемного убийцы, что подкарауливает жертву в темном переулке?! Чем ты лучше отравителя, что подсыпает яд в чужой кубок?! Хуже! Хуже их всех вместе взятых! Те хотя бы не лгут, у них в руках клинок, а не лекарская мантия! А ты… — Олден сделал шаг к нему. — Ты прятался за белыми одеждами целителя! Клялся именем небес лечить, унимать боль, оберегать жизнь! Тебе доверяли самое дорогое — будущих наследников империи! А ты под этими белыми одеждами носил клинок убийцы! Ты осквернил саму суть своего ремесла!

— Ваше величество… — со всхлипом сорвалось с губ лекаря, и он рухнул перед Олденом на колени, прижимая ладони к лицу.

— Та гадость, — рыкнул император, медленно надвигаясь на сжавшегося старика, — тот «укрепляющий отвар», которым в последние разы ты с таким старанием пичкал мою супругу… его выливали в кадку с растением!

Старик задрожал всем телом.

— Так вот — оно завяло! — голос Олдена сорвался на рык. — Завяло, ты слышишь меня?! Здоровое, крепкое дерево не выдержало нескольких пиал твоего «укрепляющего» зелья! А ты лил эту отраву в горло моей жене! В тело, носящее моего ребенка!

От каждого его слова лекарь вздрагивал, как от удара плетью. Слезы текли по морщинистым щекам. Ксандр не шевелился, лишь его карие глаза потемнели еще больше.

— Ты травил мою супругу, — Олден остановился прямо над стариком. — Травил наших с ней нерожденных детей. Ты делал это по ее приказу. Я же прав?

— Мой император… — всхлипывал старик, прижавшись лбом к холодному полу.

— Говори! — холодно процедил Олден. — По ее приказу?! По приказу моей матери ты совершал эти чудовищные деяния?! Отвечай!