Книга Принц в Бомбее, страница 77 – Суджата Масси

— Если, по ее словам, она там что-то видела… – Джамшеджи постучал пальцами по столу. – Это может быть важно для Каттингмастеров. Мы представляем интересы семьи, поэтому должны владеть всей информацией, связанной с местом преступления.

Первин посмотрела на наручные часики. Почти шесть.

— Я ей позвоню прямо сейчас. А мы толком не пообедали. Что там насчет ужина?

— Можем поесть здесь, в ресторане, или для разнообразия в отеле у Грина. Я случайно встретил мистера Давидара, он сказал, что ждет меня внизу через несколько минут. Можешь пойти с нами.

— Мистер Давидар усерднее других выгонял меня из государственной юридической школы, – напомнила Первин отцу. – Как по мне, он главный враг всех женщин-юристов.

— Он, небось, только что не лопнул от злости, когда узнал, что ты получила диплом в Англии, – добавил Джамшеджи. – Я выпью с ним чаю. Если не хочешь, можешь со мной не ходить.

— Спасибо за дозволение, – саркастически откликнулась Первин. – В любом случае мне есть чем заняться.

— В каком смысле?

— Я привезла с собой несколько досье. Пойду готовиться к дознанию.

— Хорошо, но помни, дознание касается только фактов, там не обсуждается чья-то виновность или невиновность. Напомни мне подробнее рассказать тебе про суд коронера, когда вернусь. – Он погрозил дочери пальцем. – И никаких прогулок у моря сегодня.

— Я вообще не собираюсь выходить. Но ты завтра позволишь мне выступить на дознании?

— Тебе есть что сказать?

— Пока не знаю, сперва нужно выслушать свидетелей. Но в одном твоем старом деле я прочитала про мать, которая задавала свидетелю прямые вопросы по ходу дознания о гибели ее сына.

— Миссис Каттингмастер может, если захочет, задавать вопросы.

Совсем недавно Первин думала, что на Мистри-хаус нападут бунтовщики, и тогда ее объял страх. Теперь тот же страх вернулся, но в более мягкой форме. Если она сейчас обратится к отцу с просьбой, а он откажет, просить повторно будет уже нельзя. Она навеки упустит эту возможность.

Первин набрала полную грудь воздуха, втягивая внутрь силу и аромат роз:

— А можно я буду задавать вопросы вместо нее? Я ведь стану спрашивать о том же, о чем спросила бы и она, но в более сдержанном тоне. И я могу подметить что-то важное, что она упустит.

Отец долго молчал:

— Пока еще не было такого, чтобы женщина-поверенный задавала вопросы в суде коронера. Я очень рад, что ты стремишься к новым целям. Но коронер может отказать…

— Именно поэтому мне и нравится работать с тобой, – тут же вставила Первин. – Если он не станет слушать меня, тот же самый вопрос задашь ты.

Джамшеджи расхохотался:

— Так твоя истинная цель – помочь Каттингмастерам или продвинуться по карьерной лестнице?

Первин с лукавой улыбкой ответила:

— А разве невозможно совместить и то и другое? Ты таким всю жизнь занимаешься. Применительно к мужчинам «амбициозность» отнюдь не ругательство.

— Верно. И полагаю, если ты заговоришь, и заговоришь по делу, мне будет чем гордиться.

Первин дышала с трудом.

И не могла понять, откуда это стеснение во всем теле – только ли оттого, что ее запихали на заднее сиденье «Даймлера» вместе с Митан и Фирдошем, в машине тесно и пахнет виски – похоже, Фирдош с утра приложился к бутылке.

Некоторые называют спиртное «жидкой храбростью». Фирдош волнуется, точно так же как и она сама.