Книга Стеклянный угорь, страница 95 – Дж. Дж. Фиртел

— Толанд меня прикрыл.

Вернувшись домой со все еще колотящимся сердцем, Джанет подумала, не выпить ли бренди, но ей предстояло работать. Поэтому она разогрела чагу, добавила немного кленового сиропа и сливок и, разложив папку Саймона Кинга на кухонной столешнице, начала разбирать его убористый почерк. На каждой странице был список имен и адресов в маленьких прибрежных городках, а также суммы, уплаченные рыбакам в зависимости от веса выловленного угря. Судя по этим записям, если сложить унции и фунты и округлить суммы оплаты, Саймон платил с десятку рыбаков две тысячи пятьсот долларов за каждый фунт молоди.

Все выглядело вполне четко и ясно. Ничто не намекало на посторонние делишки. Бред какой-то. Она снова посмотрела на обведенное карандашом имя: Элмер Свитмэн. Рядом Тайсон или кто-то другой написал: «Только сотня».

— Это уже кое-что, – проговорила Джанет.

Джесси кивнул. В папке лежали и другие непонятные таблицы. Она понятия не имела, о чем они, однако Элмер Свитмэн, кем бы он ни был, мог что-то знать.

* * *

Два агента ФБР, прикатившие на черном автомобиле, допрашивали Отиса Самлина-младшего. Разговор получался неприятный, и, когда Толанд Бейтс вошел в кабинет шефа, тот пребывал не в лучшем настроении.

— Хотели меня видеть? – спросил Толанд.

— Не очень, – буркнул Отис-маленький, – но приходится.

Толанд молча стоял.

— Что ты знаешь о человеке по имени Терстон Харни?

— Только то, что сказал вам, шеф, еще до того, как появился труп Тайсона. Берт оштрафовал Харни за превышение скорости, у машины висконсинские номера, а внутри разило «Раундапом». У мертвого Пицио в организме тоже был «Раундап». При всем уважении, сэр, вы тогда не захотели меня слушать.

— При всем уважении, – скептическим тоном повторил Отис-маленький. – Теперь он главный подозреваемый, а федералы намерены оказать нам содействие. – Последнее слово он выплюнул с откровенным презрением. – Ты знаешь хоть один случай, чтобы они содействовали, не испоганив все, до чего дотянулись?

Бейтс продолжал молчать. Он слыхом не слыхивал о делах федералов на острове и сомневался, что шеф знал подобные случаи. Кроме того, шеф был вполне способен испоганить дело и без посторонней помощи.

— Садись за компьютер и выясни про этого парня все, что только можно.

— Ну, он отбыл срок в Вопане, – сказал Толанд. – Это исправительная колония в Висконсине. Убийство. Возможно, предумышленное: не знаю, как у них там происходят сделки со следствием. Я там не присутствовал.

— Откуда ты это все знаешь?

— Я пробил его в системе еще тогда, сэр.

— Проявил инициативу.

— Так точно.

— Не смей этого делать, слышишь? Если я не прикажу.

— Есть, сэр.

— А вот сейчас я хочу, чтобы ты проявил инициативу.

— Есть, сэр.

— Если все в порядке – значит, плохо смотришь. И пошли сюда Берта Гэнтри. Такое впечатление, что у нас в участке одни идиоты и он первый.

Толанд кивнул, подумав, что рыба гниет с головы.

* * *

В восемь утра – почти три часа спустя после начала своего рабочего дня – Кит Фулбрайт закрыл дверь транспортного контейнера, где хранил инструмент, пересек ручей по торчащим из воды камням и постучал в дом Джанет Кинг. Она подскочила и, резко обернувшись, с облегчением увидела в окне рядом с дверью лицо Кита. В дни после обнаружения трупа Беннета Тайсона – вернее, того, что от него осталось, – Джанет дергалась от каждого внезапного звука. Бесстрашие, обуявшее ее в кооперативе, куда-то испарилось.