Книга Стеклянный угорь, страница 114 – Дж. Дж. Фиртел

Незадолго до возвращения в Лигу плюща он наклонился над новой тракторной шиной, которую только что установил на старый обод. В статье высказывалось предположение, что Терстон не до конца заправил борт покрышки в обод, но, видимо, продолжал подавать воздух. Край обода надрезал резину, и шина лопнула – прямо Харни в лицо. Другой работник сказал репортеру, что волной воздуха парня подбросило в воздух. Он упал на бетонный пол мастерской без сознания, а лицо у него выглядело как оторванный лоскут, прикрепленный к голове только по линии волос. К моменту выхода статьи врачи еще не были уверены, что пострадавший выживет.

Толанда прочитанное потрясло. Очевидно, Терстон Харни так больше и не увидел Принстон, да и вообще не лишился зрения лишь по счастливой случайности. Когда тебя одним махом лишают и лица, и амбиций, можно затаить злобу на всю оставшуюся жизнь. И всю жизнь жаждать мести.

* * *

Джанет позвонила Лотти рано утром.

— Слушай, ты говоришь, что мне надо начать новую жизнь. Не уверена, что смогу, и не уверена, что меня не застрелят и не бросят на съедение омарам, прежде чем успею попробовать, но не могла бы ты приехать и помочь мне вылить вполне приличную выпивку в унитаз?

«Пожалуй, пусть Лотти выливает тоник», – подумала она, собрав бутылки с джином и расставив их на столешнице, как кегли. Получилось что-то вроде алтаря для прощального ритуала.

Лотти приехала, взглянула на ее коллекцию и предложила:

— Давай не будем выливать. Лучше пожертвуем в «Клэмдиггер».

— Сомневаюсь, что это законно, – возразила Джанет. – Разве для алкоголя не требуется лицензия?

— Как для ловли угря? – скривилась Лотти. – Думаешь, Зак подаст жалобу?

— Можем оставить бутылки на пороге, завернутыми в свивальник, – предложила Джанет. – Знать бы еще, что это такое.

Лотти улыбнулась.

— Отличный план. Вперед.

Они успели вылить в раковину все полупустые бутылки тоника из холодильника, когда появился Толанд Бейтс, похожий на привидение.

— Толанд! – воскликнула Джанет. – Я думала, ты в Висконсине.

— По-моему, я еще частично там. Можно прилечь на диване?

Толанд ехал всю ночь, останавливаясь каждые три-четыре часа, чтобы съесть гамбургер и выпить кофе. К гамбургерам он питал особую страсть. Он вытерпел пробки вокруг Чикаго; объезжая озеро Эри, посмотрел на закат солнца в зеркале заднего вида, а севернее Ярмута увидел восход над Атлантикой. До острова он доехал к обеду, пару раз прикорнув в местах для отдыха, но этого было совершенно недостаточно.

Через две минуты он уже спал, закрыв форменной шляпой лицо. Из-под шляпы доносился храп.

— Мир и покой, – ухмыльнулась Джанет. – Чудесно.

Они уложили джин и бутылку бренди в старую деревянную ловушку для крабов, найденную Джанет на дороге несколько лет назад, завернув их в побитое молью шерстяное одеяло, сохраненное будто специально для такого случая. Джанет нацарапала короткую записку: «Пожалуйста, позаботьтесь о наших детках и дайте им кров».

Они собирались оставить подарок у задней двери кухни «Клэмдиггера».

Вдобавок Лотти обнаружила в морозилке три кекса, которые тоже аккуратно засунула в ловушку.

— Специально для Зака, – одобрила Джанет.

Около часа они сели пообедать вдвоем. Джанет ела уже третий раз за день: консервированный тунец с майонезом пониженной жирности на белом тосте. До вечера ей предстояло поесть еще трижды, и каждый раз так же скудно и пресно. Ей предписали сидеть на диете десять дней, шел пятый, и она уже была готова делать зарубки на кухонном шкафу.