Книга Хозяйка дома Бхатия, страница 157 – Суджата Масси

Судя по вопросу, Кора полагала, что Первин знает на него ответ. Причина тому могла быть лишь одна: Коре известно, что Первин представляет интересы Сунанды.

— Более или менее.

— Я очень сердита на Уму за то, что она не прислала эту девушку ко мне, как вот прислала айю помочь Серене Прескотт. Мне бы, признаться, ее помощь пришлась очень кстати, как и помощь Ошади.

— Вы очень великодушны, – откликнулась Первин, подумав, что Кора, возможно, еще не слышала, что Сунанду арестовали. Но знала ли Кора о том, что именно Сунанда была с детьми Бхатия на коктейле в честь дня рождения наваба? Имела ли хоть малейшее представление о том, что с Сунандой случилось?

— Какой у вас чертовски серьезный вид! В чем дело? – В глазах Коры мелькнуло любопытство.

— Я хотела бы вас расспросить о двух благотворительницах, Мадлен Стоув и Серене Прескотт.

— Господи всемогущий. – Кора испустила вздох, потом надолго приникла к бокалу. – Наваб познакомил меня с Мадлен, потому что у него тесные отношения с ее мужем. С Мадлен было довольно весело, пока не приехала Серена. После этого они сделались не разлей вода. Стоувы собираются купить участок рядом с Прескоттами, когда в горах начнется продажа земли. Тогда у меня будет еще меньше возможностей встречаться с Мадлен.

Первин увидела обиду у Коры на лице и отвернулась, чтобы та могла справиться со своими чувствами. Взгляд ее упал на ступни Коры – она загребала пальцами песок. Ступни были очень крупные, да еще и ногти оказались выкрашены в красный цвет, как и на руках.

— А Стоувы были на вашем празднике в мае? – Узкие изогнутые брови Коры удивленно поползли вверх, Первин сообразила: Коре может показаться странным, что Первин известно про праздник. Она решила вывернуться: – Мне невестка докладывает про все приемы, про которые узнаёт.

— Да, они приезжали. Я пригласила многих дам из больничного комитета, но помимо Мадлен приехала только одна. Они друг с дружкой почти не были знакомы. Праздник был скорее для рогачей.

— Еще одно слово, которого я не знаю. – Первин улыбнулась, давая молодой собеседнице продемонстрировать свое превосходство.

Кора расхохоталась.

— Рогач – это название самца оленя. Праздник для рогачей значит для мужчин. Бомбейские приятели Мэнни – по скачкам, по бизнесу – любят повеселиться. Я в тот вечер и сама немного перебрала.

— А дети на празднике были? – осведомилась Первин. Кора резко погрустнела, поэтому она добавила: – Я заметила симпатичный столик со стульчиками на веранде.

Кора улыбнулась:

— Эту мебель выбрала я. Да, были старшие дети Умы и Парвеша Бхатия. Я сама об этом попросила, потому что приехали несколько отпрысков Мэнни – на поезде. Мне некогда было за ними присматривать, нужно было исполнять хозяйские обязанности.

— И как, младшим было весело?

— Вроде да. Они общались на гуджарати. Ужасно, что Ума не приехала.

Первин вспомнила слова Сунанды о том, что Ума не приехала только потому, что не хотела вызывать зависть у Мангалы, однако повторять слова клиентки не имела права. Вместо этого вслед за Корой зарылась пальцами ног во влажный песок. Нужно было делать вид, что она совершенно расслаблена.

— Я обратила внимание, что Ошади теперь работает у вас. Если будут еще праздники, детей можно будет доверить ей.

— Мне кажется, она для этого старовата, да еще и хромая. – Кора, нахмурившись, смотрела в пустой бокал. – Но я очень рада, что она теперь наша служанка.