Онлайн книга «Брат мужа. Сожженная в его любви»
|
Разият теперь проводит со мной все свободное время. Мы начали заниматься на пианино, и это стало для меня спасением. — Элиза, покажи еще раз! — просит она, когда у нее не получается трудный пассаж. Ее пальцы еще неуверенно блуждают по клавишам, но в глазах горит такой огонь, что я не сомневаюсь — у нее талант. Настоящий. — Медленнее, Рази. Не торопись. Музыка не терпит суеты. — Как у тебя получается так красиво? — вздыхает она, откидываясь на спинку стула. — Я слушаю и забываю обо всем на свете. Я улыбаюсь, глажу ее по голове. — Просто я очень давно играю. И очень люблю это. — А меня научишь так же любить? — Уже учу. Да у тебя и у самой душа для музыки… Такое либо дано, либо нет… Мне хорошо с ней. Легко. Через нее я заново открываю для себя и влюбляюсь в горскую женщину… Разият вырастет в тут, кто сможет искренне дарить свое сердце, а ей будут дарить свои сердца в ответ. Она веселая, искренняя и чистая. Звук нашего смеха разносится по цокольному этажу, отражаясь от кирпичных стен. Ему вторят мелодии, которым я ее обучаю шаг за шагом. — Папа сказал, что теперь мы можем заниматься каждый день! И чтобы мы написали список, что нужно для занятий- ноты, тетради! Он все в городе закажет! Так проходили наши красивые музыкальные будни и мое сердце впервые за эти годы отдыхало… Вот такой у нас образовался мир — у меня и у Разият. Только наш мир. Потому что Шахбан меня сторонился… После той ночи он стал… другим. Отстраненным. Вежливым. Он переселился в другую комнату, как и обещал, и теперь мы сталкивались только за обедом, который, по его распоряжению, теперь накрывали на троих — для меня, для Разият и для него. Лилианы больше не было, и Разият сияла, когда мы ели вместе, хоть почти никогда не разговаривали. Это было не принято… Шахбан молчал, не искал больше со мной точек соприкосновения... Но смотрел. Он всегда смотрел. Из-под тяжелых век, исподлобья, так, что у меня начинали дрожать руки, и я роняла вилку, и Разият хихикала, а он хмурился и отводил взгляд. А потом снова смотрел. Я думала о нем постоянно. Навязчиво. Томно… По ночам я лежала в его постели — он настоял, чтобы я оставалась в его спальне — и вдыхала его запах, который, казалось, все еще витал тут. Закрывала глаза и представляла его руки на своем теле. Его губы. Его голос, когда он шептал мое имя... А потом мне становилось стыдно. Я была женой его брата. Пусть бывшей. Пусть разведенной. Пусть все в этом доме знают, что Муса — чудовище, что он украл меня, изнасиловал, пытался убить. Но люди за пределами этих стен? Они увидят только то, что захотят увидеть. Шахбан забрал жену младшего брата. Шахбан поселил ее в своей спальне. Шахбан… «Ты порочнее и чернее меня», — сказал тогда Муса. Я отгоняла эти мысли, но они возвращались. С каждым его взглядом. С каждым случайным прикосновением, когда наши руки встречались за столом. С каждым вечером, когда я засыпала в его кровати, а он был где-то в другой комнате, и я чувствовала себя одинокой, как никогда… Это неправильно. Постыдно. Но я не могла перестать… Стоило остаться один на один со своими мыслями, они то и дело сворачивали не туда… К нему… Из трех месяцев прошли уже три недели. А дальше, Элиза? Что дальше? Я старалась не думать об этом. Человек эгоистичен и ему вечно мало. Еще месяц назад я и помыслить не могла, как все сложится, а что хотела сейчас? |