Книга Развод в 45. Мой бывший - дракон?, страница 44 – Алекс Ривер

— С позволения вашей светлости, леди Элеонора только оправилась. Не думаю, что здесь для нее безопасно…

Леди Изабелла остановила его ледяным взглядом.

— Мсье, Гийом, моя племянница обладает уникальным складом ума. Твоя задача — предоставить ей материал и воплотить в металле то, что она предложит. Если, конечно, ее идеи окажутся стоящими.

Последняя фраза была адресована уже мне. Это был вызов. Призыв доказать свою полезность не только происхождением, но и делом.

Не то, чтобы я стремилась что-то доказывать, но праздно изучать местные механизмы было проще, чем потеть с рапирой в руке, или повторяя странные «па» на уроках танца. Поэтому я согласилась.

Но оказалось, что скука еще более неприятная «соседка». Первые часы прошли в молчаливом изучении. Я брала в руки детали, рассматривала, ощущая их вес и холодные шероховатости. Гийом, хоть и не был доволен, показывал чертежи, объясняя принципы работы спусковых механизмов и натяжных устройств. Я мало что в этом понимала, но честно старалась вникать первые минут двадцать.

Мысли текли медленно и сонно. Казалось, я тут в принципе лишняя — технические характеристики оружия совершенно точно не были моей епархией. Я была бесполезна. Красивая кукла, которую тетушка пыталась встроить в чуждый ей механизм.

В какой-то момент я взяла в руки один из арбалетных замков, и вдруг почувствовала, не ушами, а прямо пальцами, будто он что-то шептал.

— Этот не работает, — проворчал Гийом, видя мои манипуляции. — Нам таким уже продали, но у моих парней пока не дошли руки поправить.

Я закрыла глаза, отбросив попытки мыслить логически, и просто попыталась почувствовать механизм. Как тогда, в оранжерее, с Хронометром.

Сначала ничего не ощутила, кроме собственного разочарования и усталости. Потом пришло едва уловимое ощущение. Не гул, как в прошлый раз, а тонкое, почти шелковистое покалывание в кончиках пальцев. Оно текло вглубь металла, ощупывая его структуру. И перед внутренним взором проступили не линии чертежа, а сама суть предмета. Я не понимала, как это работает, но чувствовала, где он «сопротивляется» собственной функции. Вот здесь, в спусковом крючке, была крошечная шероховатость, замедляющая движение. А здесь, в зацепе тетивы, микроскопический зазор, крадущий силу и точность.

Я попробовала направить ту энергию, которую ощущала на кончиках пальцев к проблемным местам. Металл поддавался с неожиданной мягкостью. Потом пальцы коснулись места соединения, и я просто прижала их плотнее, не имея ни малейшего технического представления, как его следует фиксировать. Под подушечками пальцев будто пробежала слабая искра, и детали слились воедино с тихим щелчком, не оставив и намека на прежний зазор.

Гийом наблюдал, нахмурившись.

— Что вы сделали? Только новых поломок нам не хватало.

Я не ответила. Просто протянула ему собранный замок. Он взял его с недоверием, покрутил в руках, нажал на спуск. Механизм сработал с каким-то бархатисто-глухим, идеально четким звуком. Бровь Гийома поползла вверх. Он снова нажал спусковой крючок, и еще раз.

— Не может быть… — пробормотал он. — Ход стал плавным. Люфта нет.

Он посмотрел на меня с новым выражением — уже не скепсисом, а чистым, неподдельным изумлением.

— Как вы это сделали?

— Я… просто почувствовала, что нужно, — выдохнула я, и сама поняла, насколько это звучало безумно.