Книга О выдержке эльфа. До и после, страница 20 – Дана Яр

— Мудрое решение, — согласился Галадриэль, — но про торговое соглашение намекнуть стоит.

— Намекну, — милостиво согласился Энелитарилидаль, запечатывая свиток в специальном цилиндрическом кожаном коробе, — а теперь расскажи мне, как ты умудрился проморгать собственную жену?

— Тебе какое дело? — сварливо рыкнул владыка.

— Все, что касается тебя, мое дело. Ты власть. Я хранитель власти, так что давай рассказывай, — усмехнулся глава тайной стражи.

— Ты же в этом ничего не понимаешь, — ехидно сказал Галадриэль.

— Ты тоже не понимаешь, — парировал Энелитарилидаль, — поэтому и вляпался.

Владыка обречённо прикрыл глаза рукой и выдал другу короткую и приличную версию истории его женитьбы и последующих событий. Энелитарилидаля не было в Восточных лесах последние недели, он был у гномов на переговорах, поэтому был не в курсе всех событий.

— Да, уж. Нет, я тебя прекрасно понимаю и не осуждаю. Я наверное именно поэтому и не женился до сих пор. Как представлю, что мне придется десять лет плести браслетики и бренчать на грейле под окнами девицы, томно вздыхая и жениться не хочется совсем. За род я не переживаю, у меня брат младший и племянник есть. Лавериль уже успел повоевать и из него получится прекрасный глава рода, а я уйду в отшельники и отправлюсь на Туманные острова, — Энелитарилидаль мечтательно закатил глаза, — всегда мечтал раскопать что-нибудь эдакое. Но тебя с собой не возьму, ты уже увяз по уши в своей любовной драме и если позволишь, я дам тебе совет. Не просто же так придумали долгие ухаживания... Женщины они, — глава рода Ночная фиалка подпёр щеку рукой, подбирая слова, — они как цветы пасадели, им забота нужна и внимание. Ты видел, как цветет пасадель?

— Нет. Они даже у матери не цветут, — скривился Галадриэль, вспоминая уродливые пупырчатые стебли с колючками, похожие на бородавки, как на спине у лесного верпуха.

— А у меня они цветут, а все потому, что после ранения меня лекари полгода из дома не выпускали и мне нечем было заняться, кроме как ухаживать за цветами. Я поливал их только теплой водой, снимал руками вредителей, рыхлил землю только палочками дерева верности, ночью прикрывал их тканевыми колпачками, чтобы роса не касалась бутонов. Каждый день. И через пять месяцев они зацвели. Сейчас они цветут только если я лично за ними ухаживаю, слуг не воспринимают, хотя они делают тоже самое, — самодовольно усмехнулся Энелитарилидаль.

— Ты предлагаешь мне ухаживать за ней? — хмуро спросил владыка, — Зачем? Ималиаль уже моя жена и она мне изменила, а не я ей.

— Жена? — усмехнулся советник, — С твоих слов я понял, что она просто удобная претендентка на роль матери для наследника, которую ты обманом отвёл в святилище, воспользовавшись ее молодостью, неопытностью и бедственным положением.

Галадриэль обиженно засопел. Он сам знал, что поступил нечестно, но тыкать его носом в это не надо.

— Представь, что твоя жена — это цветок, который рос в пустыне и его вдруг пересадили в жирную землю под раскидистым деревом. Цвети да пахни, чего тебе не хватает? Но земля хоть и жирная, а поливать цветочек забывают, и дерево забирает на себя все солнечные лучи.

— Она ненавидит меня, — буркнул Галадриэль, — потому что я владыка.

— Ненависть это неплохо, равнодушие намного хуже, — тонко улыбнулся Энелитарилидаль, — Я пять месяцев плясал возле своих цветочков, практически не отходил от них, — с намеком сказал он, — все руки исколол, они же колючие, как твари, а сейчас, стоит мне поднести руку, как колючки втягиваются в стебель.