Книга Бесстрашная Теодора, страница 89 – Ксения Зародова

— Хорошо или нет, но понимаю, — я тряхнула головой, уже чувствуя подвох.

— А вы вообще понимаете, почему он на вас женится? Чем вы его заинтересовали?

Теперь пришел черед усмехаться мне:

— Сейчас вы мне скажете, что он женится на мне ради сына?

— Ну что вы, — качнулась ко мне миссис Брикман. Глаза ее хищно сверкнули. — Он женится на вас ради себя.

— И что в этом плохого? — я чувствовала, что разговор ведет к катастрофе, но не могла перестать шагать.

— Для него, может быть, ничего. А вот для вас… — протянула она, не закончив фразу.

Потом встала и кивком указала на лестницу:

— Пойдемте, я дам вам ответ на вопрос о мотивах моего мальчика.

Я молча последовала за ней. Когда она отворила дверь в спальню Эдриана и сделала приглашающий жест, я протестующе мотнула головой.

— Меня туда не звали, и я туда не пойду.

— А если бы позвали, вы бы пошли? — она издевательски улыбнулась. — Что, будете отрицать и возмущаться? Да я никогда не поверю.

И она расхохоталась.

Я стояла и смотрела на нее. Что-то внутри просто кричало, что нужно повернуться и уйти. Но какое-то другое чувство требовало войти в дверь и посмотреть в глаза неприятностям.

— Вы боитесь, мисс Робертс? Вы боитесь узнать правду?

Вдох и выдох. Посмотрела на нее:

— Я стараюсь никогда ничего не бояться.

— Ну так пойдемте, — она скользнула в дверь.

Просторная спальня Эдриана была обставлена мебелью красного дерева. У стены слева стояла большая кровать с бежевым пологом. Тяжелые темные шторы мягкими складками обрамляли окна, гармонируя цветом с коричневыми шелковыми обоями, украшенными золотыми цветами. Всю стену напротив кровати украшала фреска с изображением туманного леса. Все это я оглядела мельком, потому что мой взгляд был прикован к миссис Брикман, которая подошла к стоящему в углу стеллажу и, наклонившись, открыла створку нижнего ящика.

— Я знаю, что он тут, потому что когда-то сама его туда убирала.

Она достала какой-то объемный прямоугольный предмет, и я поняла, что это большая картина в дорогой позолоченной раме.

Миссис Брикман ласково провела по холсту рукой и удовлетворенно вздохнула:

— Ни пылинки!

И развернула портрет ко мне.

Сначала я просто изумилась: кто и когда успел нарисовать нас с Эдрианом? Какой талантливый художник, которому я никогда не позировала, умудрился так достоверно передать мое изображение? Я смотрела на картину как в зеркало.

Потом я стала анализировать детали. Женщина, стоявшая с Эдрианом под руку, казалась немного ниже ростом и худее меня, у нее были чуть изящнее шея и руки, тоньше талия и меньше грудь. Как будто художник мне польстил, сделав более благородной и утонченной. Еще у женщины были другого цвета глаза — не зеленые, как у меня, а светло-голубые. Медный цвет волос, впрочем, совпадал в точности. На женщине было прекрасное атласное синее платье, а на безымянном пальце сияло золотое обручальное кольцо с сапфиром, окруженным россыпью мелких бриллиантов. Я невольно взглянула на свою руку: на моем безымянном пальце кольца, полагающегося невесте, все еще не было. Это не волновало меня прежде, но остро резануло по сердцу сейчас.

Не в силах стоять на ногах, я сделала пару шагов назад и уперлась руками в стену позади меня. Миссис Брикман смотрела, будто спрашивая: «Ну что, милочка, вы теперь скажете?»