Книга Как ко мне сватался Ветер, страница 57 – Даха Тараторина

— Я волновалась только о том, что тебя убьет кто-то другой. Хочу сама это сделать!

Он засмеялся, поймал меня за запястья и потянул на себя. Затем вызывающе предложил:

— Ну давай.

Положил мои ладони себе на шею и нырнул, не закрывая глаз. Полох насмешливо смотрел из-под воды: ну давай же, что тут страшного? Утопить того, кто не защищается, – что может быть проще? Я попыталась отдернуть руки, но он держал крепко.

— Прекрати!

Он не пошевелился. Улыбнулся, выпустив глоток воздуха, и продолжил пытливо смотреть.

— Ну все, подурачились и хватит!

Он лежал там как мертвец. Недвижимый и спокойный. И только самодовольная ухмылка выдавала: жив! Еще как жив и наблюдает, ждет, что я буду делать.

— Полох!

Надеешься меня напугать, господин Ветер? Ну посмотрим, кто из нас сдастся первым! Я оседлала его и перенесла вес на руки, надавливая. Достаточно, чтобы устрашить? Кого другого – возможно, но не Ветра. Он выдохнул и расслабился, отпустив мои запястья.

— Ты издеваешься?!

Под пальцами забилась жилка, мышцы его шеи напряглись. Я некстати подумала, как пошло выгляжу верхом на обнаженном мужчине, и тут же отбросила эту мысль. В душе поднималось новое чувство – ненависть. Он забрал меня из родного дома. Его отец убил моего, а мне теперь даже отомстить некому! Ветер держит в заложниках все Предгорье, и ему нет дела до того, что жители не рискуют лишний раз упомянуть имя господина!

Если убью его, меня поблагодарят… А он ждет. Насмешливый взгляд, полуулыбка, полное доверие и беззащитность. Я вернусь в Предгорье победительницей, а не жертвой, и никто больше не посмеет фальшиво-сочувственно вздохнуть мне вослед. Смуглая шея, выступившие жилы, заострившиеся скулы.

Мама откроет дверь и скажет, как соскучилась… Мама… А кто обменял меня на корзину колбасы да новые занавески? Мама или… господин Ветер?

Судорога свела тело Полоха, он дернулся подо мной, но сдержался и не начал борьбу. Ветер – редкостная скотина, которой плевать на всех. Но если не верну его домой, Рея как следует выпорет меня и не приготовит больше оладушек к завтраку.

А еще его глаза, темные насмешливые глаза, смотрят так, что хочется утонуть вместе с ним. Я сделала это раньше, чем признала, что собираюсь. Обхватила жениха за шею и потянула вверх, выволакивая из воды. Он прокашлялся и положил руки мне на талию, не давая отстраниться.

— Так и думал.

— Что ты там думал, что?!

Я ударила его в грудь, но хватка стала только сильнее.

— Ты беспокоишься обо мне, любимая.

— Нет!

Его ладонь прошлась вдоль позвоночника вверх-вниз, а я неосознанно выгнулась, как дождавшаяся ласки кошка.

— Неужели?

Я навалилась на него, снова немного притопив, но на этот раз отпустила сразу, как только он разомкнул объятия. Хорошо бы еще вода была холодной, чтобы остудить пыл! А то игра нас только раззадорила… Я отодвинулась подальше и пояснила:

— Я просто боюсь Рею!

— Я тоже ее боюсь, – охотно согласился Полох. – Это же инстинкт самосохранения!

Я закусила ноготь, не готовая лезть не в свое дело, но все же спросила:

— Кто она тебе?

— Рея? – Полох крепко задумался. Вряд ли он прежде задавался этим вопросом. – Она самый… единственный родной человек для меня.

Окунулся в воду по нос, пустил несколько пузырей, как ребенок.

— Блна блунунуся бубу мну…