Книга Как ко мне сватался Ветер, страница 3 – Даха Тараторина

— Ты такая сильная, моя девочка. Мне следовало бы поучиться у тебя, но… Ты такая сильная, Тисса!

Больше я не произнесла ни слова. Да ей и не нужно было: причесывая невесту, мать щебетала про красоту и вспоминала собственное празднество. Притворялась, будто я и в самом деле выхожу замуж. А я молчала и смотрела в разбитое зеркало. Мы с отцом и правда похожи. Светловолосые, светлоглазые… глупые и до смешного благородные. Что ж, кому, как не мне, заканчивать его дело.

* * *

Он обещал прийти на рассвете. И хотя страх перед господином Ветром велик, он все же меньше любопытства: на площади собралась целая орава людей. Будто на настоящий праздник.

Слишком длинные неудобные рукава ритуального одеяния подметали землю, когда я шла к помосту. Алая вышивка стекала по ткани, как кровь, которой суждено пролиться в брачную ночь. Вот только никто из «гостей» не догадывался, что кровь, которую прольет невеста, будет не ее. Подгадав время, я стащила с кухни нож поострее и спрятала под платьем. Он царапал бедро, не давая забыть о себе, заставляя держать спину прямо, а шагать решительно. Пять лет назад отец совершил ошибку. Теперь моя очередь ошибаться.

Солнце полыхнуло над горизонтом, и на краткий миг я позволила себе надежду: вдруг монстр забыл? У монстров ведь очень много дел… Но потом подул ветер. Сначала легкий, неуверенный, почти ласковый. А сразу после – резкий порыв. Он сорвал шапки с голов зевак. Языками пламени затанцевали свисающие из окон багряные праздничные флаги. Потом небо потемнело от туч, и монстр спустился с небес.

Ветер сдержал слово: пять лет он не появлялся в городе, не обрушивал камни на вереницы торговцев, протискивающихся у подножия горных склонов, не отводил от наших земель дождь. А теперь явился за платой.

Вихрь силился растрепать тугой пучок на затылке, бережно уложенный мамой. А я стояла, прямая и гордая, не желая кланяться подобно остальным предгорцам. Возможно, именно поэтому увидела то, о чем предпочли умолчать другие. Тот, кто спустился с небес, был неуловимо похож на монстра. Высокий, смуглый, черноволосый. В левом его ухе болталась длинная серьга с острым наконечником-когтем – как у Ветра. Но это был не он.

За мной явился не тот мужчина, виски которого посеребрила седина, хотя и очень, очень на него похожий. Этот был моложе. Почти болезненно худ и двигался как танцор, легко шагая по потокам воздуха. Вот только метка, ныряющая в небрежно закатанный рукав рубашки, копировала мою – жених в своем праве.

Он ступил на помост, брезгливо поморщившись. Обвел хмурым взглядом ошеломленные лица людей. Страх нарастал, еще секунда, одно слово – и напряжение взорвется криками. Ветер глубоко вдохнул, точно принюхиваясь к витающему аромату ужаса, припал на одно колено, рассматривая тех, кто явился поглазеть на него. Зрители подались вперед и…

— Бу! – неожиданно припугнул их Ветер и рассмеялся.

Волна прошла по толпе. Зеваки отшатнулись, задевая друг друга затылками, охая и ахая на все лады. Кто-то ретировался, набравшись впечатлений на месяц вперед. А Ветер выпрямился, поправил накинутый на плечи сюртук и бросил:

— Идиоты.

А потом обхватил меня за талию и взмыл в небо.

Все спуталось в голове. Земля и небо поменялись местами, затем еще раз и еще. Воздух похолодел, а потом вообще пропал из легких. Дышать хотелось часто-часто, и волнами подступала дурнота. Болели ребра, хотя монстр и держал меня легко, едва касаясь пальцами, но всего страшнее было открыть глаза. Ведь тогда кошмар станет реальностью: обернувшийся крошечной точкой город внизу и громады гор, готовые принять меня в свои холодные объятия.