Книга Путь наложницы: перезагрузка, страница 92 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

Линь Янь медленно покачал головой, и на его губах появилась тонкая, холодная усмешка.

— Не лги мне. Я не буду закрывать глаза на твое высокомерие и саботаж. Ты ведь даже не проверяешь её на прочность. Ты, как последний трус, пытаешься сохранить свою власть над этим местом. — Он наклонился чуть ближе. — Советую тебе остановиться.

— Я не…

— С сегодняшнего дня твоя верность должна принадлежать только ей. Безоговорочно. Без скрытых помыслов.

— Глава Линь, услышьте меня, — попытался вклиниться управляющий. — Я бы никогда…

Вот упрямец! Тогда Линь Янь не выдержал. Он схватил его за плечи и с силой мотнул из стороны в сторону. Не понимаешь словами — будет тебе по другому.

Мужчина дернулся всем телом и обмяк.

— В ином случае, — Линь Янь сделал театральную паузу, — ты обнаружишь, что твоя должность внезапно перейдет к кому-то более достойному. Знаешь ли, в стране сейчас такие тяжелые времена. Дороги в столице стали опасны в последнее время. Разбойники осмелели, нападают даже средь бела дня. И несчастные случаи теперь не редки. То упадет кирпич с крыши, то лошадь понесет, то в канаву свалишься в темноте. Мало ли что может случиться… Понятна ли моя мысль, или тебе требуется более подробное разъяснение?

Он не повысил голос. Но в его спокойных, уверенных словах (подкрепленных не менее уверенным жестом) была такая неумолимая мощь, такая ясная перспектива полного краха, что управляющий побледнел ещё больше.

Он сглотнул ком в горле и замотал головой, не в силах вымолвить ни слова.

Линь Янь выпрямился, удовлетворенный собой, надеясь, что управляющий сам додумает все те ужасные последствия, что его ждут.

Ну а что тряхнул немножко — это так, для усиления эффекта. Нечего спорить.

— Отлично, — произнёс он уже обычным тоном, словно только что обсуждал погоду. — Я рад, что мы поняли друг друга. Распорядись, чтобы цветы дождались пробуждения госпожи Су Лань. Ах да, не нужно сообщать ей о моем визите.

Он обернулся, бросив последний взгляд на белоснежное море лотосов, устилавшее двор. Они лежали там, хрупкие и совершенные.

Как и та, для которой они предназначались.

* * *

Прошло три недели с тех пор, как я взяла дела Су Мина в свои руки. Три недели встреч с поставщиками, проверки счетов, составления планов караванов. Голова гудела от цифр и договоров, но дело потихоньку налаживалось.

Но сегодня что-то пошло не так. Документы для южного каравана должны были быть отправлены сегодня же, иначе товар застрянет на границе. Управляющий как назло слег с лихорадкой, а других доверенных слуг, которые разбирались бы в тонкостях печатей и штампов, не оказалось.

Поэтому я решила отправиться на почтовую станцию сама. Фейту осталась в поместье, она и так весь день провела на ногах, помогая мне разбирать бухгалтерские книги, и я отпустила её отдохнуть. Вместо этого взяла с собой двух других служанок и одного пожилого слугу для соблюдения приличий, незамужней женщине из благородной семьи не пристало разъезжать в одиночестве. Сообщила управляющему о своих планах, несмотря на его бредовые протесты из постели.

К счастью, прибыла как раз вовремя, писцы только закончили оформление основных свитков для вечерней почты. Служанки остались ждать в повозке, все равно от них никакого толку в приемной, а старый слуга отправился договариваться о срочной доставке с начальником станции, после чего поспешил готовить экипаж к обратной дороге.