Книга Путь наложницы: перезагрузка, страница 4 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

Су Мин прошелся по комнате. Быстро-быстро. На абсолютно твердых ногах.

«Не может быть», — следом за Су Мином мысленно повторила я. Неужели в это раз все же монетка упала нужной стороной и навык сработал?

— Боги подтвердили мою правоту! — наверное мой голос звучал истерично, но было уже плевать. Мне хотелось плакать и смеяться одновременно.

— Теперь вы верите?

Су Мин переводил взгляд с меня на ногу и обратно, с выражением, в котором смешались шок, восторг и что-то еще. Неужели… кхм… ласковость?

Он вновь вернулся ко мне. Теперь его походка была уверенной, почти юношеской, несмотря на преклонный возраст и много-много лишних килограммов. Старик взял моё лицо в ладони, рассматривая так, будто видел впервые.

— Ты… моя дочь?

Я кивнула, стараясь изобразить на лице что-то вроде смирения. Такая вся покорная и счастливая от воссоединения с родным отцом.

— Да. Боги не позволили бы мне соврать. Я исцелила вас, отец, благодаря их благословению.

— Почему… — Он вдруг схватил меня за плечи и легонько потряс. — Почему ты не сказала раньше?! Почему позволила Ми Ваню воспитывать тебя все эти годы?

«Потому что я тебя обманываю, старый дурак», — устало подумала я, но на деле опустила глаза, будто стыдясь своих слов, и заговорила тоном, полным горечи:

— Ми Вань заменил мне отца и относился ко мне с теплом. Заботился мне, обучил меня всему. А вас я всегда считала вас далеким, величественным. Уважала, но не смела приблизиться.

Ага, а ещё Ми Вань опоил меня какой-то дрянью и подложил под старикана. Но я это ему еще припомню. Если, конечно, выберусь отсюда.

— А ведь ты действительно похожа на мою покойную бабку… Как я раньше этого не разглядел? — умилился дед.

Кажется, невозможность продолжить род действительно была самой болезненной его занозой. Потому что сейчас в глазах этого неприятного, отвратительного старикана расцветала забота. В них застыли слезы.

— Моя кровь… — прошептал он. — Моя дочь… Ты исцелила меня! Ты… ты дарована мне небесами!

А затем Су Мин обнял меня. Грубовато, но с нежностью. Видимо, как умел. Я едва не скривилась от близости его грузного тела, но выдавила очередную улыбку.

— Теперь вы понимаете, почему я не могла стать вашей женой?

— Да, да, конечно! — Он отпустил меня, размахивая руками. — Ты получишь всё, что пожелаешь! Ты будешь жить в моем доме, под моей защитой! О, боги, неужели это свершилось! Мои мольбы были услышаны! И нога… ты исцелила мою ногу… Ты — лучшее, что могло произойти со мной, доченька.

— Благодарю вас, отец, за доброту, — сказала я сладким голосом, опускаясь в почтительном поклоне. — Я так рада, что смогла признаться. Все эти годы правда жутко тяготила меня.

«Ну что, демиурги? — подумала я с облегчением. — Это ведь не считается проигрышем. Игра продолжается. У меня еще есть шанс на хорошую концовку. Разве не так?»

Только что Су Мин грозил мне расправой и вот уже он, весь в слезах, соплях и умилении, нежно тискает мой рукав.

Вдруг старикашка встревожено заозирался по сторонам.

— Никому ни слова, — зашипел Су Мин, озираясь, будто вор. — Если узнают, что я, пусть и по незнанию, женился на собственной дочери… Мы ведь успели принести поклоны!

Я невольно напряглась, а Су Мин же продолжал. Он говорил быстро, задыхаясь от волнения.

— Все записи сожгу! Свидетелей — в яму! У меня нет врагов, которые полезут в архивы, а если полезут — то уже не найдут ничего. Даже благовония ещё не успели потухнуть, ха! Сейчас же людей в ямын отправлю. — Он снова рассмеялся.