Книга Пламя ада, страница 92 – Кармен Мола

— Знаю. Но по сути ничего не изменилось, – пробормотала Леонор, оглядываясь на танцующие пары в масках. Теперь ей стала понятна пассивность Амалии: как бы ты ни старался, все оставалось по-прежнему.

— Это не так. Теперь ты знаешь, что скрывается под масками и красивой одеждой. – Амалия указала на окружавших их людей: на музыкантов, на официантов в форме, снующих туда-сюда с подносами; на хорошо одетых белых мужчин, беседующих с хорошо одетыми белыми женщинами… Все они были в масках, изображающих счастье.

Радостное лицо Амалии вдруг посерьезнело. Она извинилась и покинула Леонор. У входа в цирк к ней подошел высокий статный мужчина. Искусно сделанная маска, изображающая морду тигра, полностью закрывала его лицо. Они говорили не более минуты, со стороны казалось, что они напряжены, возможно, даже о чем-то спорят. Потом сеньорита Бру отмахнулась от человека в маске тигра и ушла.

Леонор хотелось выяснить, кто же этот «человек-тигр», но он больше не попадался ей на глаза. Больше ее ничего здесь не удерживало, поэтому, извинившись перед Кандидо и сославшись на недомогание, она вернулась домой.

В полумраке кухни она обнаружила Росану. Рабыня собирала котомку для поездки в Матансас – она хотела оказаться там в первое воскресенье карнавала. Росана призналась, что у нее назначено свидание с Эмилиано. Впрочем, она сомневалась в том, что он сможет прийти. Но она все равно поедет, потому что живет только мыслью об этой встрече. От этого искреннего признания сердце Леонор забилось чаще. Если Мауро с Эмилиано, возможно, он тоже будет в Матансасе…

В тот же вечер Леонор попросила у Кандидо разрешения отправиться в путешествие. Она сказала, что хочет проникнуться духом простого народа, чтобы лучше сыграть в «Цветке тыквы», ведь ее героиня жила среди креолов. Кандидо эта причина не показалась достаточно веской – зачем ехать куда-то за сотню километров, ведь креолов полно и в Гаване.

— Мне кажется, я чувствую вдохновение, Кандидо. Мне хочется добиться успеха, чтобы ты гордился, когда увидишь меня на сцене. Пильдайн сказал, что матансасский акцент не встретишь на улицах Гаваны, так не говорят больше нигде на острове, поэтому я хотела бы съездить туда на карнавал.

Эти слова смягчили Кандидо – он был готов на все, лишь бы снова увидеть ту веселую беззаботную Леонор, с которой познакомился в театре-варьете. Ему показалось, что он уловил знакомый блеск в ее глазах – тот самый, который привел его в восторг, когда он смотрел «Молодого Телемаха». Леонор поцеловала его – впервые за долгое время, и он с улыбкой ушел в свою спальню, надеясь, что меланхолия жены наконец останется в прошлом.

Той ночью Леонор так и не сомкнула глаз…

Матансас, второй по значимости город на острове, был красивым. За несколько миль до него беглецы вышли на дорогу и встретили группы гуахиро, крестьян, которые тоже направлялись в город на карнавал. На сельских жителях были самодельные маски из листьев, веток и глины, раскрашенные природными красителями.

Мауро с Эмилиано разделились и смешались с толпой, чтобы не привлекать ненужного внимания. Мауро старался не терять Эмилиано из виду. Он решился пойти с ним в Матансас в отчаянной надежде встретиться с Леонор или хоть что-нибудь о ней разузнать. Получила ли она письмо, которое он отправил через Росану? От раба, сбежавшего с другого завода, они узнали, что в «Магнолию» приезжала проверка и галисийцев освободили. Если бы Мауро там остался, то тоже был бы на свободе…