Книга Болотное предание, страница 106 – Ольга Лопатина

— Сотня леших. Да эта женщина приносит несчастья своим избранникам.

— Скорее их приношу я. Тебе известно, княже, что я беспощаден к своим врагам. Твориславу надо было хорошенько подумать прежде, чем объявить войну. Все были поражены, когда ухо ребёнка из человечьего стало медвежьим. Думали, что Величана навела порчу своей ворожбой, но тайное рано или поздно становится явным.

— Мне ли об этом не знать, — заявил князь, вспомнив ту ночь, когда Гордеслава узнала правду.

— А про остальные условия я буду докладывать по мере их выполнения.

Яронег был немного разочарован, но понимал, что некоторое чародейство требует полного молчания. Арабские путешественники рассказывали легенду о мужчине, который понимал язык зверей, но должен был хранить свой хыст в тайне. Но тут же князь рассмеялся.

— А всё же Величана добилась своего. Не одного князя, так другого стреножили. Теперь её младший внук будет медвежьим князем. Она всеми силами подкладывала внучку в постель к моему отцу, её сын извёл мою мать, они и меня хотели уморить, но князем станет сын Осинки от случайного полюбовника. Но нам будет не тесно. Вот она — воля Богов. А Велесу ты, друже, всё же принеси требы. Мало ли что?

— Уже сделано. Но я не боюсь мести Богов. Величана же… Она, как я уже сказал, добилась своего. Даже перед смертью она кричала, что её сердце преисполнилось радостью, потому что… Впрочем, не важно. Стоил ли краткий миг триумфа стольких злодеяний? До самой смерти не забуду этого момента.

— Тяжело. Мне тоже иногда по ночам снится Сушко и Уголёк. Мразями они были, но всё же… Сам понимаешь. Убивать в бою одно дело. Выносить приговоры тоже. Но убить своими руками безоружного человека и слушать его мольбы — это самое страшное.

После гнетущего молчания Яронег добавил:

— Отец мне тоже иногда снится. В последний раз, правда, он таким жалким казался. Умолял меня забрать Гордеславу. Говорит, что она даже зимой поспать ему спокойно не даёт.

— А я ни в чём не раскаиваюсь, — заявил Велислав. В этот миг он был похож на ястреба, готового разодрать более мелкую птицу. — Наша жизнь, как поединок. Если не убьёшь ты, то убьют тебя. Я не баран безмозглый, чтобы подставлять горло четвероногим и двуногим хищникам. Жесток ли я? Не больше, чем другие. Как говорят византийцы, если тебя ударили по одной щеке, подставь другую. Чепуха. Мы должны биться до последнего.

В эту минуту Велислав не лукавил, но если бы князь видел своего собеседника в ночь перед жертвоприношением Вадима, то он бы весьма изумился. Хотя Яронег, успокоенный и оттаявший, как лёд, сковавший Итиль, в самом себе не был так уверен, как в кудеснике. Он не мог и предположить, какие тайны скрывает Велислав.

Весна в этом солнцевороте замешкалась поначалу, но уже в середине березеня Леля полностью вокняжилась, изгнав мрачную Зиму-Марену. Красна была весна длинными, тихо шелестящими светло-зелёными травами, неброской прелестью первых цветов, похожих на разноцветные бусины, украшающие величественную голову Праматери-Земли, нежно-очерченные почки робко распускались на тонких ветвях берёзок, облачённых в белый сарафан, украшенный ажурным чёрным шитьём, небеса спорили своей голубизной с прозрачным зеркалом вод. Девушки подходили к колодцам и кидали туда зёрна, прося воду пролиться среброногим дождём на отдохнувшую землю. Без воды погибнет всё живое.