Книга Куница. Том 5, страница 56 – Вадим Оришин

Дмитрий остановился в центре, заглядывая в глаза каждому.

— Почти у всех в глазах я вижу страх. Но у некоторых… — Мартен остановил взгляд на одном мужчине.

Но тот продолжал стоять, твёрдо глядя в глаза генерал-губернатору.

— Я вижу вызов.

Дубров среагировал незамедлительно. Несколько офицеров быстро оказались рядом с японцем.

— Что же. Пусть теперь дознавателям рассказывает, что значил его дерзкий взгляд. А что касается вас, господа. И дамы.

Дмитрий скользнул взглядом по девушкам. Те мгновенно изобразили кротость и послушание.

— В ближайшее время у вас будет возможность доказать свою беспредельную преданность Его Императорскому Величеству. Либо продемонстрировать стойкость и мужество в отстаивании национальных интересов угнетённого японского народа. Одно точно — в стороне остаться не получится.

Мартен развернулся к выходу и на ходу заговорил.

— Через несколько дней колониальное правительство издаст эдикт о запрете рыбной ловли без особого разрешения. Любая посудина, вышедшая в море без упомянутого разрешения и задержанная патрулём, будет потоплена вместе с экипажем без всяких разбирательств. У вас время, чтобы придумать, как избежать продовольственного коллапса. Или поднять восстание и устроить кровавую резню. Меня устроят оба варианта. Приятно оставаться.

Дворяне взорвались возмущением и недоумением. В спину Мартена посыпались возгласы и вопросы, но тот не слушал. Генерал-губернатор вместе с подполковником Дубровым покинули зал. Вдвоём они вышли на улицу и сели в ожидавший автомобиль.

Уже находясь в салоне, Дмитрий улыбнулся.

— Даже немного жаль, что своими глазами не могу сейчас наблюдать, как они бегают. Никогда не замечал за собой садистских наклонностей, но в этот раз прямо удовольствие получил.

Подполковник обернулся с пассажирского сидения.

— Не переживайте, им будет полезно.

— Как вообще мой предшественник вёл себя с этой публикой?

Дубров задумался.

— Двояко. С одной стороны, многое им дозволял и вообще был довольно мягок. С другой стороны, за крупный просчёт без зазрения совести сдавал нам на растерзание, невзирая на прошлые заслуги. Так что они не расслаблялись.

Дмитрий ничего не ответил, отвернувшись в окно.

— За последние дни все, кто мог, поинтересовались вашим статусом, Ваша Светлость.

— Ты о том, что я не женат и не помолвлен? — уточнил Мартен.

— Да. Так что все виденные вами девушки на выданье. Не думаю, что они на многое рассчитывали, но все, у кого девушки подходящего возраста были в семье, — привели их.

— И что? Много уже наших офицеров с местными обручились? — спросил Дмитрий.

Дубров отрицательно покачал головой.

— Нет. Одно дело, побаловаться экзотикой. Другое — заключать брак. Это же и культура другая, и обычаи, и менталитет, да и вообще, — подполковник махнул рукой.

Машина приехала в штаб колониальных войск. Пока Мартен проходил охрану, за ним наблюдал высокий мужчина в форме военно-морского флота. Дмитрий его внимательный взгляд заметил и, получив обратно удостоверение, подошёл, протягиваю руку.

— Меня ждёте?

— Вас, — подтвердил мужчина. — Барон Вячеслав Стандершельд, капитан второго ранга.

Мужчина крепко пожал генерал-губернатору руку, тот, впрочем, ответил тем же.

— Вас сняли с корабля? — спросил Дмитрий.

Барон коротко кивнул.