Книга Куница. Том 5, страница 116 – Вадим Оришин

Дмитрий кивнул.

— Не удивлён.

— Однако результат превзошёл мои ожидания. Вы были правы. Большинство крестьян оказались не готовы к жёстким мерам. Работа вашего предшественника сделала их привычными к относительно безбедному существованию. На Кюсю за всё время власти Его Императорского Величества не было ни одного голода. А как закрыли рыбную ловлю, хватило недели, чтобы крестьяне поняли: их запасов надолго не хватит.

— И они начали стучать, — понял Мартен.

— Массово, — удовлетворённо улыбнулся Григорович. — Сдавать оружие и доносить на тех, кто хочет продолжать сопротивление. Всё сложилось. Ваш предшественник представлялся добрым и справедливым. Вы показали себя тоже справедливым, но уже не таким добрым и всепрощающим. Заслуженно, учитывая события. Чаша весов склонилась в нашу пользу. Большая часть запланированных мероприятий не потребовалась. Мы со Стандершельдом планируем в скором времени начать снимать ограничения с рыбной ловли сразу по регионам. Блестящая работа, Ваша Светлость. Один выверенный удар, и население острова приведено к подчинению.

— Так уж? — не поверил Дмитрий.

Генерал-лейтенант кивнул.

— Конечно, они не забыли ни о своей борьбе, ни о национальной гордости. За столь короткий срок люди настолько не меняются. Но они смирились. В большинстве своём. Агрессивность местных резко упала. Самых радикальных нам выдают, десятками, каждый день. Поэтому я, Ваша Светлость, настроен оптимистично.

Мартен хмыкнул.

— Удивительно. Хорошие новости. Мы пронесли зажжённый факел мимо пороховой бочки и не взорвались. Кто бы мог подумать.

— Отметим это событие? — спросил Григорович, указав на закрытую бутылку вина.

— Разве что один бокал. Почивать на лаврах явно рано, шогун, да и не только он, попытаются отыграться.

Генерал-лейтенант сам взялся за бутылку.

— Мы со Стандершельдом готовим новую политическую программу колонии, — продолжил говорить Григорович. — Строгую и справедливую, как выразился кавторанг. Несколько более мягкую, чем мне хотелось бы, пожалуй.

Мужчина разлил вино и поставил бокал генерал-губернатору.

— Всегда можно будет её ужесточить, если местные забудут, что такое кнут, — ответил Мартен. — Но я уверен, что вы справитесь. Достаточно не закрываться от внешнего мира. За победу!

Генерал-лейтенант на миг притормозил, но ответил.

— За победу.

Они выпили. Отставив бокал, Григорович спросил.

— Первый тост принято за Его Императорское Величество.

— У меня всего один тост. Надеюсь, Его Императорское Величество простит меня за подобную вольность к традициям.

Поставив бокал, Мартен спросил.

— Вам докладывали о результатах нашего рейда?

— Только в общих чертах. Вы нашли и подлодку, и транспорт, что возил припасы. И, признаюсь, я удивлён. Что вам отвечали капитан и штурман корабля?

Мартен криво улыбнулся.

— Ничего. Они умирали, стоило заставить ответить хоть на один вопрос. Каверзное проклятие.

Григорович стал предельно серьёзным.

— Не представляю британского морского офицера, согласившегося на такое.

— Правильно делаете, — кивнул Дмитрий. — На корабле не было ни одного европейца, только американцы.

Генерал-лейтенант нахмурился.

— Но это же…

— Невозможно, да, меня просветили о морских законах Священной Римской Империи. Но да, на судне не было европейцев. Но это ещё не всё. Судно страховал крейсер