Книга Куница. Том 4, страница 54 – Вадим Оришин

Тяжёлые стальные перегородки кто-то старательно законсервировал, но немного правильной магии и много физической силы решали проблемы. Замок на очередной двери со скрипом тронулся с мёртвой точки, дальше пошло уже вполне бодро. Два десятка оборотов ручки, после чего следовало второе усилие, срывающее створку с места. Всё, проход открыт, топаем дальше.

Бойцы держали в руках фонарики — единственный источник света. Я ещё раз задумался об узле восприятия. Пожалуй, для боёв будет весьма полезно. Да, есть заклинания, целый комплекс, слежение, разведка, поиск. Но узел, который часть тебя, это всё же надёжнее и удобнее.

Следующая перегородка, эта, по моим прикидкам, последняя. Несколько заклинаний, чтобы сорвать клин, и я хватаюсь за рукояти, а сам думаю. Большой прорыв, одержимых много. Могу допустить, что твари всё же открыли пробой, через который и тянут собратьев сразу в подставленных жертв, но это сложно. Без сильного мага — очень сложно, хоть и возможно. И мы бы видели не только одержимых, но и чистых демонов. Да, они кое в чём уступают одержимым, но имеют и преимущества, и что куда важнее, не ограничены количеством жертв. А у нас именно одержимые.

Делаем вывод — кто-то спрятал очень большую партию. Гигантскую партию. Мне бы рассказали в Ашхабаде, если бы здесь была часть системы логистики. Допустим, на этой зашивали наркотик в подушки, для транспортировки. Тогда это был бы узел, о котором знают на других узлах. Но мне сказали точно — Кандагар.

И Ира хорошо знает фабрику. Хорошо знает, куда мы идём. Уверена: мы найдём то, что ищем. Не хочется думать, что женщина как-то замешана в происходящем. Ладно, к прорыву демонов она не имеет отношения, но в контрабанде наркотиков она точно замешана. Что в целом тоже неплохо — расширит моё понимание ситуации. Просто жать. Каждый раз, когда вижу офицера, замешанного в чём-то порочном, испытываю ноющее чувство, какую-то тоскливую обиду. У нас и так в империи полно человеческого мусора, не надо дополнять ряды предателей и мразей, что наживаются на крови своих соотечественников.

Дверь поддалась. Грохнула, когда я оторвал один заржавевший металл от другого, а дальше пошла мягче и тише. И здесь демоны уже начали преобразовывать обстановку под себя. Чёрная слизь на полу и стенах напоминала разлитые чернила. Она не двигалась, вообще никак не реагировала на окружающий мир, лишь вызывала отвращение. На металле повсюду выступила ржавчина, всё, что могло гнить, медленно гнило, пластик пузырился и выгорал. Хорошо ещё горы трупов нет, могла бы вписаться в обстановку.

Ира старательно делала вид, что здесь впервые и действует осторожно, но на меня её игра не произвела впечатления. Более того, я даже отметил, что кое-кто из бойцов тоже здесь бывал ранее. По соседнему проходу прошли одержимые, без людей, а я по-прежнему не мог ощутить присутствия сильных демонов, только мелочовка. Зато ощутил Пугающего. Мой спутник напрягся, но не в ожидании угрозы, нет. Он будто… Ох, только не это.

— План отчаяния, — вздохнул я. — А я-то размышляю, что у меня такое настроение меланхоличное.

Ира с недоумением на меня посмотрела.

— О чём ты?

— Демоны уныния. Не самые сильные, имеют очень… аморфные физические тела, слабые и лишённые какой-либо стойкости, потому почти их не используют. Идём. Парни, не пускайте к нам одержимых, и к самому эпицентру лучше не суйтесь. Слабые эти твари только в способности разрушать, а вот неприятных ощущений доставят, вплоть до психических расстройств и прочих радостей.