Книга Сын палача. Том 2, страница 62 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

— Эвверан, — поправил я его. Теперь зваться Раганом я не имел полного права. — Мы оба живем в новой стране, и у нас обоих новые хозяева.

Но Курт отрицательно покачал пальцем.

— А вот здесь ты неправ, парень. Новые хозяева у тебя. Мы всегда были хозяевами сами себе, — нахально усмехнулся патриарх рода Темпест.

Не дожидаясь его разрешения, я прошел и сел в свободное кресло. В любом случае он сам нарушил правила гостеприимства и мне можно было тоже частично об этом забыть.

— Громкие слова. Не стоит бросать их всем без разбора.

Иронично. Он уже второй, кто делает при мне опрометчивые заявления.

— Так с чем пожаловал? Чем я могу быть тебе полезен? — проигнорировал мое замечание Темпест. Вновь это выпячивание собственного «я», словно он такой важный и незаменимый человек.

Всю дорогу сюда я размышлял над тем, как много можно сказать в разговоре, и о чем точно стоит умолчать. В теории я мог просто выдать свою проблему Курту и дать ему возможность помочь мне с ее решением. Он бы даже не отказал, хотя наверняка захотел бы доплату, посчитав, что «помощь» обойдется ему непозволительно дорого. В конце концов, в ситуации вокруг Эвверанов оставалось не много спорных моментов, о которых следовало бы умолчать. Но в то же время не стоит откровенно говорить о беспомощности рода, частью которого я стал.

Да и вообще быть в роли просящего не самое приятное занятие, совсем не то, что хотелось бы делать.

— На самом деле еще не знаю, — ответил я, устраиваясь поудобнее, словно собираюсь вести долгий разговор. — Я тут вывалился из общества на несколько лет. Вот, начинаю поднимать старые связи. Присматриваюсь, чем дышит имперский двор.

Курт хмыкнул. Мои слова звучали, мягко говоря, не слишком убедительно, раньше было позволительно в светских беседах. Мы оба понимали, что я пришел не просто так, а вот зачем именно он пока не понимал, а я не говорил. Не люблю такие вещи, но сейчас у меня слишком… неоднозначная позиция, чтобы быть открытым. Тем более с таким человеком, как мой собеседник, нельзя говорить о том, что тебе нужно прямо с порога. Он из тех, кто ухватится за это и потом спросит за помощь втридорога, хорошо, если вообще удастся что-то от него получить.

— А тут все очень просто, Солрэн. Нет никакой сложности в том, чтобы понять — чем живут имперцы. Потому что живут они тем, что всеми силами стараются поднасрать друг другу. У них это идея фикс. Правда, дорогая?

Неизвестная девушка согласно кивнула, лучезарно улыбаясь:

— Именно так, — голос оказался низковат, что резко контрастировало с привлекательной внешностью. — И ведь даже не из собственной выгоды. Для имперца насрать на пороге соседа просто так, лишь бы на него не подумали и ничего ему за это не сделали — за счастье. А убить ближнего и вовсе за подвиг считается.

Я несколько удивленно посмотрел на Курта, выражая немой вопрос. Такие откровенности, да еще и при постороннем, это как-то… Последние ее слова прозвучали слишком двусмысленно. Но мужчина подтвердил:

— Да, Солрэн, все так. В наш чистый и спокойный город вместе с имперцами, помимо разрухи, грязи и бардака, прибыла гильдия убийц. Прикинь, — возбужденно произнес Курт, даже придвинувшись ко мне чуть ближе, — у них есть полуофициальная гильдия убийц. И ее услугами пользуются вообще все. Поэтому один и тот же парень может сегодня пришить представившегося аристо, а через неделю идти гасить предыдущего заказчика. И никого такое положение вещей вообще нисколько не парит!