Книга Системный Друид. Том 5, страница 98 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Активированный навык уплотнения скелета компенсировал давление на рёбра, и я все же преодолел оставшийся отрезок. Ожог на руке перешёл, казалось, в стадию кипения, светящиеся линии дёргались в одном темпе с прожилками в коре дерева. Упёршись подошвами в пол прямо под огромной язвой на стволе, я выкинул руки вперёд и впечатал обе ладони в потрескавшуюся древесину. Плотная волна воздуха ударила по ушам, чуть не отбросив меня назад, но я удержался.

Пространство вокруг неожиданно утратило плотность. Тяжёлая толща каменного мешка растворилась, сменилась жидкой токсичной средой, в долю секунды навалившейся на тело со всех сторон. Сопротивляться было бесполезно — гравитация пропала, а в уши хлынул нарастающий гул. Муть перед глазами начала нехотя раздвигаться, формируя из размытых пятен осмысленную картину происходящего.

Я оказался внутри огромного ствола. Геометрия этого места подчинялась чужой изувеченной воле, так что о законах физики здесь можно было забыть. Жжение в левой руке схлынуло. Серебристый орнамент маны соскользнул с моей кожи, уплотняясь в фигуру маленькой девочки. Ивара выступила вперёд, вытянув тонкую шею. Она вглядывалась вглубь иллюзорного пространства с настороженным вниманием хищника, нашедшего… сородича.

Сущность древнего исполина выглядела месивом из разорванных контуров эфирного тела. Зияющие бреши в его энергоструктуре походили на воспалённые язвы организма, застрявшие в бесконечном цикле гниения. Из них сочилась густая жёлтая сукровица. Заметив пришельцев, дух тяжело провернулся вокруг своей оси и навёл на нас мутные провалы исполинских глазниц. Его внимание сфокусировалось сначала на девочке, затем переключилось на меня. В глубине этих больных воронок проснулось нечто очень старое. Осколок сознания, давным-давно смирившийся с собственной изоляцией, отреагировал на появление союзника рядом с собой.

В следующее мгновение чужая память рухнула на меня всем своим чудовищным весом. Дух пораженного скверной дерева обрушил в мой мозг сырые куски расщеплённого восприятия. Информационные пласты врезались в сознание один за другим, сминая барьеры разума.

Сначала я увидел зелёный мир, бескрайний от горизонта до горизонта. Затем пришли они. Я не смог рассмотреть пришельцев целиком, память древа разваливала их облик на бессвязные обрывки восприятия.

В эпицентре искажения двигались существа. Память древа не сохранила их лиц или пропорций, оставив лишь громоздкие, подавляющие силуэты. Захватчики давили на окружающую среду одним своим присутствием. Даже в формате обрывочного воспоминания от них начинало тошнить и сбоил вестибулярный аппарат.

Картинки перестроились, складываясь в непрерывную бойню. Захватчики перемалывали огромные лесные массивы. Шквалы из битого льда срезали целые гектары вековых крон. В ответ на это поднимались все, кто имел хоть какую-то силу. В пекло бросались высшие лесные хищники, чья мана пульсировала синхронно с корнями деревьев, а рядом с ними позиции удерживали люди.

Те маги древности сильно отличались от нынешних академических выпускников с их современным подходом. Воины прошлого работали на голой мощи, руками вырывая потоки из скал. Лесные духи отращивали себе защитные доспехи из живой коры, вставая в один строй с человеческой пехотой. Это было единое войско.