Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ, страница 131 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Энергетические потоки Чертогов обтекали меня, законы мироздания скользили мимо, не находя точки крепления. Во мне сплелось слишком многое: божественная сила Хранителя и демоническое сердце, бившееся столетие, наследие Ферруса и след от столкновения с Энигмой, опыт выживания в Бездне и воля, выкованная в бесконечных битвах. Мироздание не знало, как классифицировать меня, потому что для его системы я был ошибкой в уравнении, аномалией за пределами любых категорий. Прецедентов до этого момента не существовало.

Собрание молчало. Сотни божественных существ смотрели, как оковы сжимают Малахая и проходят мимо меня, и каждый осознавал значение происходящего. Перед ними стояло существо, которое вышло за рамки их правил и ограничений, способное убить любого из них, потому что законы его не остановят и не накажут.

Я убрал Клятвопреступника от горла Малахая, вложил меч в ножны и развернулся к выходу.

Чертоги молчали за моей спиной, и я шёл через пространство, где парили троны сотен богов, под их взглядами, в которых мешались ненависть и бессилие. Верагон показал большой палец из-за спинки своего и ухмыльнулся, но даже он не рискнул нарушить общую тишину. Лисара смотрела сквозь пламя вокруг своего трона, и я уловил на её губах тень улыбки, адресованной скорее Заре, чем мне. Немезида склонила голову, и этот жест стоил дороже любых слов от богини справедливости.

Я рассёк пространство Клятвопреступником на выходе из Чертогов, и портал раскрылся, впуская запахи и звуки Ориата.

* * *

Ориат встретил меня шумом большого города. Я вышел на крышу штаб-квартиры Последнего Предела, и звуки Доминуса хлынули отовсюду: гудки транспорта, крики торговцев на нижних уровнях, смех детей на площади через два квартала, грохот строительной техники на окраине. Обычная жизнь, которая текла своим чередом, потому что люди не знали и никогда не узнают, что их мир висел на волоске. Что боги играли с их судьбами. Что один человек отстоял их право просто жить.

Меня это устраивало. Герои, которые требуют благодарности, мне всегда казались жалкими.

Я спустился с крыши, прошёл по коридорам штаб-квартиры, кивая охранникам, которые вытягивались при моём появлении, и добрался до своей квартиры. Закрыл дверь, прислонился к ней спиной и выдохнул.

Окровавленная одежда, в которой я прошёл через Бездну, бой с Феррусом, и схватку с Энигмой, через Чертоги Богов, прилипла к телу коркой из засохшей крови, пота и чёрной демонической жижи. Я стянул рубаху, содрал штаны, бросил всё в угол и залез под горячий душ.

Вода лилась по плечам, смывая следы последних дней. Раны начали закрываться ещё в Домене, но коросты и грязь остались. Я стоял под потоком и позволил себе расслабиться впервые с того момента, как мы активировали печать и прыгнули в мир демонов. Мышцы ныли приятной усталостью, три энергии внутри грудной клетки текли ровным сплавленным потоком, и демоническое сердце билось в унисон с обычным.

Я вышел из душа, натянул старую футболку и мягкие штаны, прошлёпал босыми ногами по паркету и рухнул на диван, продавленный в нужных местах, с подушкой, которая помнила форму моей головы. Взял пульт с подлокотника.

Тень лежал на своей подстилке в углу комнаты, свернувшись клубком, и мирно дремал. Чёрные прожилки на его шерсти, след от поглощённой энергии Энигмы, превратились в едва заметный узор, часть нового рисунка. Пёс выглядел прежним, если не считать того, что его ауру теперь можно было почувствовать за два квартала. Одна из голов сонно приоткрыла глаз, посмотрела на меня, убедилась, что я никуда не ухожу, и снова заснула.