Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ, страница 127 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я вернул пространство на арену в последний раз. Энигма стоял на коленях, окружённый обломками разрушенных големов и дымящимися кратерами от сработавших ловушек. Чёрная рука висела плетью, жижа хлестала из раны, которая больше не затягивалась. Человеческая рука прижималась к развороченной ране на животе, и сквозь пальцы текла смесь крови и чёрной субстанции. Тело Ноя дрожало от перегрузки, от избытка силы, которой некуда было деться, потому что Домен блокировал любую попытку восстановления, при этом тратя энергию, которая восстанавливалась все же медленнее, чем расходовалась.

На мне, как и на Тени, тоже было множество ран, но пока никто из нас не обращал на это внимания. Просто было некогда отвлекаться на это, пока перед тобой подобный противник.

И тогда чёрные глаза моргнули. Чернота дрогнула, отступила к краям, и в центре, на одну секунду, проступили живые карие зрачки.

Мальчишка перехватил контроль. На долю мгновения, пока Энигма был ослаблен ранами и давлением Домена, остаток личности Ноя пробился через толщу чужой воли. И это было удивительно, ведь обычный человек поборол волю бога, что пленил его.

Он поднял глаза на меня. Я увидел в них боль человека, который осознал масштаб собственного обмана, и раскаяние за каждого убитого ради чужой цели. И просьбу.

— Нанеси… удар, — прошептал Ной сквозь стиснутые зубы, и голос его был хриплым, юным, лишённым бархатной глубины бога. — Освободи меня. Пожалуйста.

Я замер с поднятым Клятвопреступником. Передо мной стоял на коленях мальчишка, которого я когда-то учил владеть мечом в деревне на краю Ориата. Мальчишка, который хотел стать сильным и хотел защищать других. До того, как я ушёл, до того, как Энигма подобрал его и слепил из осколков идеальное оружие.

Чернота рванулась обратно, заливая зрачки, и Энигма оскалился, перехватывая контроль. Ной держался, удерживал тело неподвижным, стискивал мышцы, не давая богу поднять руку для удара. Слёзы снова текли по его щекам, мешаясь с чёрной жижей из ран.

Я поднял Клятвопреступника обеими руками. Золотой свет Хранителя побежал по лезвию от гарды к острию. Тёмно-багровая энергия Ферруса влилась следом, сплетаясь с золотом. Энергия Домена, пронизывающая пространство тонкими нитями, втянулась в клинок через мои подошвы, через ладони, через рукоять. Три силы сошлись в одной точке, и Клятвопреступник запел на частоте, от которой задрожал воздух.

Я вложил в удар десятилетия мастерства. Бои в Бездне, сотню убитых лордов-демонов, техники, освоенные за столетие войны. Спарринги в этом Домене, сломанные големы, каждую каплю пота на тренировочной арене. Всё, чем я был, и всё, чему научился, вошло в этот удар.

Клятвопреступник пронзил грудь Ноя, и лезвие прошло сквозь рёбра до ядра, где пряталась сущность Энигмы, свернувшаяся в плотный клубок поглощающей энергии. Три силы, сплетённые в клинке, ударили в этот клубок одновременно, и бог пожирания, не сумев в этот раз поглотить новую порцию энергии, закричал.

Крик заполнил Домен, резал пространство, раскалывал камни арены, сдувал листья с деревьев лесного биома, наносил новые удары моему телу, но я держался. Древний потусторонний вой, в котором тонуло тысячелетнее сознание, разрываемое на части энергией, которую оно не могло поглотить. В Домене другого божества, ослабленный ранами и лишённый возможности восстановиться, Энигма рассыпался.