Книга Кавказская пленница. Строптивая сводная для горца, страница 58 – Иман Кальби

— Думаю, это справедливая плата, Заур. В свое время твой отец отжал участок, на котором ваше предприятие в горах, у моего отца. А я хочу, чтобы ты закрыл небольшие финансовые хвосты, которые у меня образовались. И за это получишь свою русскую девку обратно...

— То есть моя девка, моя земля, мои деньги — и только долги твои, но закрывать их должен я? Почему? Типа потому, что ты пистолетом передо мной размахиваешь, Рашид? Не охренел ли, мальчик?

— Не охренел, — усмехается он злобно, — потому что я выстрелю. Мне нечего терять. Я банкрот. Позорище. Какая разница, что теперь будет?

— К отцу иди, какая разница, — развожу я руками, — он поможет.

— Ты бы не пошел, так что меня гонишь? — злобно пререкается.

— А я бы и не оказался в такой заднице, в которой оказался ты!

— Сука... - злобно выдыхает он, — как был дерьмом...

— Ты про себя сейчас? Наташу отпусти. Она тут ни при чем. Со мной разбирайся. Не веди себя как баба…

— Джентельмен что ли? С Арювзат ты не как джентльмен поступил.

— Зато ты можешь, — усмехаюсь я, — это ж она с тобой кувыркалась. Вот, самое время приголубить...

Он смотрит злобно, по — черному.

Я вижу боковым зрением, как Наташа потихоньку перебирает веревки. Вижу по движению ее тоненьких запястий. Главное, чтобы он не увидел... Сейчас тут будет жарко. Надо ее прикрыть...

— Я не подпишу, Рашид. На понт ты меня не возьмешь.

Он резко взводит курок и стреляет по дереву, который рядом с

Наташей.

Я матерюсь, она кричит.

Ярость начинает дико пульсировать в крови.

— Хорошо... - начинаю блефовать, — подойди, покажи, что подписать.

Рашид как под кайфом делает ко мне два нервных размашистых шага.

Я пользуюсь тем, что его глаза отвлекаются на листы бумаги и резко подрываюсь к нему. Он сейчас в другой от Наташи стороне, ей безопасно.

Хватаю за руку, резко заламываю, выбиваю пистолет.

Он кричит, начинает остервенело пытаться меня треснуть.

Между нами драка.

Удар за ударом. Мощные, не щадящие хуки. Это мы умеем.

Металлически привкус во рту, оглушающие удары и такие же ответы...

— Тварь... - шипит он снова.

— Беги! — бросаю я ей, видя, что руки она освободила и теперь ногами занялась.

Наташу трясет.

— В ментовку позвони!

Рашид со всей силы замахивается и бьет под дых, пока я на нее отвлекаюсь. Складываюсь пополам. Почки отбил, урод. Не иначе…

В этот самый момент чувствую, как бок полосует кипятком.

Опускаю глаза, не сразу понимаю, что за влага.

Кровь... Она вытекает из пореза пульсирующими толчками. И не остановить.

Наташа кричит.

Я поднимаю глаза на обезумевшего урода с ножом в руках.

— Беги, дура! Немедленно! — кричу ей и кидаюсь на него, чтобы у нее была возможность для маневра.

Наташа делает, как я ей говорю

В ушах гул, потому что он снова замахивается и на этот раз втыкает нож в плечо. Тварь. Как же больно. И мышца сразу ослабла...

Мгновение — перед глазами темно. Во рту солоно.

Я начинаю заваливаться, чувствуя, как ноги становятся ватными, а голова куда — то плывет.

В этот момент, уже на подкорках сознания, понимаю, что слышу другие голоса. Крики, шум, гул... Темнота. Кромешная темнота вокруг.

Но перед тем, как она наступит, вижу, как Рашида обезоруживают и кидают на пол, придавливая.

Лишь бы Наташа бежала. Пусть бежит, моя кавказская пленница.

Главное, чтобы жива...