Книга Развод. Цена одного решения, страница 5 – Софа Ясенева

“У меня для тебя сюрприз. Встретимся?”

Сообщение короткое, лёгкое и игривое.

Контакт подписан как Настя Муравина.

Кто она? Пациентка? Коллега? Знакомая?

В груди неприятно тянет.

Совпадение? Глупость? Или…

Я сглатываю, беру телефон в руку. Экран гаснет почти сразу, пряча от меня продолжение.

Неужели всё ещё хуже, чем я думала?

Конечно, не замечать проблемы между нами я не могу. Они копились, медленно, почти незаметно: короткие ответы, усталые взгляды, раздражение из ничего. Но и то, что у Ромы может быть любовница, я себе представить не могла. Почему? Просто я доверяю ему. Мы ведь пять лет вместе. Пять лет — это же не просто срок, это привычки, общая жизнь, общие планы, куча пережитого вместе.

Нервно усмехаюсь. Тихо, почти беззвучно, но от этого не легче. Уверена, что практически каждая измена начинается как раз с этого — с непоколебимой уверенности жены в том, что муж её любит, ну или как минимум никуда от неё не денется. С того самого “с нами такого не случится”. Получается, я ничем не лучше тех, кто не видит ничего дальше собственного носа. Даже хуже — я врач. Я привыкла проверять, сомневаться, перепроверять. А тут… слепо верила.

Но сейчас игнорировать это сообщение я не буду. Пусть сначала объяснит, какие такие сюрпризы ему готовит какая-то Настенька. Слишком уж лёгкий тон, слишком личный. Мой сюрприз явно будет покруче, но едва ли приятным.

Я всё ещё держу его телефон в руках, чувствуя под пальцами гладкий холодный корпус. Пальцы немного дрожат, и я сама это замечаю — неприятное, неконтролируемое состояние. Хочется открыть переписку, пролистать, убедиться, что это не то, о чём я думаю. Или, наоборот, убедиться, что именно то. Но я замираю. Потому что знаю: после этого назад дороги уже не будет.

То ли моя психика играет со мной злую шутку, то ли меня и правда волновали изначально рабочие проблемы, но только сейчас доходит, что Тишкова может забеременеть от моего мужа.

Мысль вспыхивает резко и тут же бьёт по вискам.

Оседаю на стул и закрываю рот ладонью, чтобы не вскрикнуть слишком громко. Воздух выходит рвано, с каким-то сипом, и я боюсь, что меня услышит Рома.

Мы с Анастасией Евгеньевной долго шли к этой процедуре. Не один месяц. Консультации, анализы, попытки, надежды, разочарования. Я помню, как она сидела напротив меня, сжимая сумку на коленях. У них с мужем никак не получалось забеременеть.

После тщательного обследования обоих выяснилось, что сперматозоиды её мужа практически нежизнеспособны. Подвижность минимальная, морфология плохая. Шансов почти нет.

Я предложила им все возможные варианты, разложила по полочкам плюсы и минусы, риски, проценты. И, честно говоря, удивилась их выбору. Обычно ЭКО даёт более высокий шанс беременности, особенно в их ситуации. Но они предпочли инсеминацию донорской спермой.

Это более дешёвый метод, с более низким процентом удачного исхода, но не требующий серьёзного вмешательства в организм женщины. Без стимуляции, без пункций, без наркоза. Более “естественный”, если так вообще можно сказать.

Я помню, как она кивала, слушая меня, как пыталась держаться спокойно, но в глазах всё равно читалась усталость. И надежда. Та самая, которую я обязана была оправдать.

Ужасно такое думать, но первая моя мысль была о том, что Тишкова не забеременеет с первой процедуры.