Книга Утилитарная дипломатия, страница 97 – Дайре Грей

Следовало бы вспомнить, что Окума с ним больше нет. А вместе с элементалем пропал и иммунитет, которым обладают темные маги. Следовало бы… Но он слишком увлекся и уже давно привык к собственной неуязвимости.

Дурнота накатила неожиданно, когда казалось, что элементаль уже вот-вот будет загнан внутрь. Комната вдруг крутанулась, пол встал дыбом, ударив по лицу, груди и коленям. Цилиндр выпал из пальцев с громким звоном, перед глазами все расплылось.

— Герхард!

Крик эхом разнесся по комнате, ударив по ушам, в висках застучало. Его кто-то дернул за плечо, переворачивая на спину. Рядом возникли лица. Рты открывались и что-то говорили, но он не слышал. Только смотрел вверх на проклятую мечущуюся тень.

— Поймать… Его… надо… поймать…

— Герхард, посмотри на меня.

Виски сдавили прохладные пальцы. Он моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Ивон. Над ним склонилась тетушка.

— Смотри на меня. Все будет хорошо.

Ее глаза заволокло тьмой, черты лица заострились. Она приоткрыла рот и сделала глубокий вдох. Его внутренности рванулись следом за потоком воздуха. Судорога прошила все тело, едва не заставив кричать, но тонкие пальцы держали крепко. Ивон вдыхала. А боль уходила.

Он не знал, сколько это длилось. Сколько вдохов сделала герцогиня, чтобы спасти его. Перед глазами лишь стояло ее лицо в обрамлении темных кружев. И где-то рядом металась тень. Потом сквозь звон в ушах пробились голоса.

— Получилось?..

— Кажется, да. Я чувствую его внутри…

— Что теперь?..

— Нужно в шахту. Срочно. Ваша Светлость, как он?

— Уже в порядке.

Глаза Ивон снова стали голубыми, а кружева исчезли. Она отстранилась, а Герхард сделал вдох, пытаясь прийти в себя. Боли не было, но тело стало тяжелым. Неповоротливым. Комната же медленно вращалась.

— Элементаль…

— Мы его поймали, — нам ним склонился Роберт. — В больнице есть лошадь и коляска, Вальтер сейчас с ними разберется, и мы отправимся к шахте. Я бы оставил тебя здесь, но тебе нужен элементаль. С ним восстановление пойдет быстрее.

Герцог смог только что-то согласно промычать.

— Ваша Светлость, вы же присмотрите за больницей?

— Конечно, можете не волноваться.

— Цилиндр… — пробормотал Герхард, ощущая себя так, будто вращается вместе с комнатой. — Возьми… Он пустой. Пригодится.

— Благодарю.

Лицо тетушки снова возникло над ним. На лоб легла прохладная ладонь. У Милисент тоже были прохладные руки. От ее прикосновений всегда становилось легче. Сейчас облегчение не наступило.

— Легкий жар… Я бы рекомендовала постельный режим хотя бы до вечера, но раз все так серьезно… Присмотрите за ним. Доктор Вебер наверняка сможет помочь.

— Конечно, Ваша Светлость.

Акерманн оттеснил тетушку.

— Сейчас я тебя подниму…

Это было последнее, что Герхард запомнил. Дальше все потонуло в какой-то сплошной круговерти из теней, лиц и тряски.

Он очнулся от невыносимой вони, которую упорно совали под нос. Попытался отвернуться, но не удалось. Пришлось открыть глаза.

Над ним простиралось бесконечное и безоблачное небо, под спиной ощущалось что-то достаточно мягкое, чтобы лежать. Голову кто-то придерживал. Мир перестал вращаться, и одно это уже было прекрасно.

— Вы, наконец-то, очнулись.

Доктор Вебер склонился над ним, заглядывая в лицо. Вонь отдалилась. Нашатырь. Вот что это было.