Книга Пленница Золотых Песков, страница 30 – Тина Солнечная

Его движения стали чуть более глубокими, чуть порывистыми, но всё равно не теряли той сосредоточенной нежности, с которой он касался меня всё это время.

Я чувствовала — он близко. По дыханию, по напряжению мышц, по тому, как в нём с каждым толчком копилась сила, горячая, плотная, как магия.

Я обняла его ногами, впустила глубже, притянула ближе — и в его взгляде мелькнуло что-то первобытное. Почти дикое. Его пальцы вцепились в мои бёдра, он толкнулся сильнее, и я почувствовала, как всё его тело напряглось.

Его лоб склонился к моему плечу.

Один последний рывок, его глухой стон и горячая сперма наполнила мое лоно, доставляя мне новую порцию удовольствия.

Он не сразу отстранился.

Остался во мне.

Его дыхание медленно выравнивалось. Он гладил мои волосы, щёку, плечо, будто не хотел покидать этот момент. Мы не говорили. Ни одного слова. Но и не нужно было. Всё и так происходило на языке кожи.

Он прижался лбом к моей щеке и шепнул глухо, чуть охрипшим голосом:

— Никогда… никогда больше не говори, что я ошибся с выбором. Ты не ошибка. Ты идеальная.

Я сжала его пальцы в ответ.

Он прижался ко мне крепче, как будто хотел спрятать, закрыть от всего мира. Его губы снова коснулись моих — на этот раз медленно, сдержанно, как будто просто хотел сохранить момент. Не было больше страсти, спешки, желания взять. Было только мы.

Его ладонь легла мне на живот, другая — на затылок, осторожно перебирая пряди волос. Я дышала ровно, глубоко, впервые за долгое время чувствуя в себе не тревогу — тепло.

Он чуть отстранился, взгляд скользнул вниз, на простыни, где остались безошибочные следы — капли крови и белесый блеск от его спермы.

— Ты отдала мне свою невинность, — сказал он тихо, почти с уважением. — Я ценю это. По-настоящему.

Я не знала, что ответить. Но и не нужно было — он уже наклонился, осторожно подхватил меня на руки и прижал к себе. Поднял, как будто я ничего не весила.

— Что ты… — начала я, смущённо прижимаясь.

— Унесу тебя. В купальни, — просто ответил он. — Надо смыть с тебя кровь.

— Голую?

— А я сам — разве нет? — усмехнулся он, и только сейчас я заметила, что и на нём не осталось ни ленты, ни ткани.

Я прижалась щекой к его плечу, чувствовала, как скользит по коже тёплый ветер, как прохладные стены коридоров шепчутся за спиной.

— Я… мне немного неловко, — пробормотала я.

— Стесняться нечего, — ответил он, не сбавляя шага. — Ты прекрасна. И такую красоту не нужно прятать. Ею нужно гордиться.

Я зарылась в него глубже, пряча улыбку, которая почему-то всё равно появилась.

Купальни были тёплыми, просторными, с дымящимся бассейном, в который мягко стекала вода с мраморных губок. Пар поднимался к сводчатому потолку, воздух был влажным, с ароматом сандала и мяты.

Он ступил в воду, всё ещё держа меня на руках, и я почувствовала, как волны коснулись ног, потом бедер, потом талии. Он осторожно опустил меня в воду, прижал ближе, и я растворилась в этом тепле.

Он обмыл меня — неторопливо, ласково, ни капли в этом не было страсти. Только внимание. Он смывал остатки ритуала, крови, магии. Я сидела, прислонившись к его плечу, позволяя себе просто наслаждаться его заботой.

Потом он осторожно усадил меня на узкую ступеньку под водой, и я погрузилась почти по грудь. Он остался стоять передо мной, всё так же близко, всё так же бесконечно ласково изучая меня своим взглядом.