Книга Четыре – число смерти, страница 82 – Натан Зутт

— Как я уже сказал, господин, я не даос.

— И как сказал я, парень, мне нет дела до различий в ваших сектах, – Лей снова улыбнулся. – И всё же ты просидел без движения несколько часов. Пять с четвертью, если быть точным. Последние три часа ты даже не дышал. Расскажи мне об этом.

— Скорее всего, я дышал, господин, – пожал плечами Чжень. – Просто совсем медленно. Я бы умер, если бы не дышал.

— Нет, ты его слышал, Вэньхуа?! – Лей рассмеялся, так же заливисто и свободно, как и до этого. Чженю пришло в голову, что командующий смеется почти так же, как и учитель, – громко, запрокидывая голову назад и держась за живот. Только Ши Даоань мог смеяться несколько минут подряд, заливаясь слезами и по`том, а Лей быстро брал себя в руки. – Он бы умер. Хорошо, очень хорошо.

Чжень не стал отвечать – ему нечего было сказать. На мгновение его кольнула обида оттого, что командующий воспринимал его чуть ли не как ярмарочное животное, но это чувство сразу же схлынуло. Обида не должна была касаться монаха, и уж тем более его не касалось отношение другого человека. Вместо этого Чжень только улыбнулся. Он уже догадывался, куда заведёт этот разговор, и решил просто ждать, когда Лей скажет всё прямо. Отсмеявшись, командующий цзу действительно чуть подвинулся к юноше и спросил:

— Один из солдат, что привёл тебя, сказал, что ты спрашивал их о посмертии. Пытался устыдить. Это так?

— Да, – безо всяких эмоций ответил юноша. – Я сказал, что люди совершенно не заботятся о своей карме и не боятся переродиться в чудовище.

— А ты боишься?

— Конечно, – Чжень даже удивился такому вопросу, хотя и привык, точнее, хотел считать себя человеком невозмутимым. – Разве такой сильный человек, как вы, не боится в следующей жизни стать монстром?

— Учитель говорил, – с улыбкой ответил командующий цзу, – такие слова: «Мы не знаем, что такое жизнь. Как же мы можем знать, что такое смерть?»

— Я не слышал вашего учителя, – робко начал Чжень, но Лей лишь рассмеялся.

— Вот оно что, – с грустью вздохнул он. – Ваша деревня даже не знает о Великом Учителе и его трудах, и потому даосам так легко запудрить вам мозги своими фокусами. Мне жаль тебя, парень.

Чжень пожал плечами. Он слышал, конечно же слышал, о Великом Учителе Конфуции. Вся империя подчинялась тому философскому видению, что принесли с собой учёные мужи. Как и все жители деревни, Чжень уважал Великого Учителя и почитал его. Но чиновники и учёные, изучавшие это благословенное учение, знающие, как управлять страной и как должно жить, не защищали деревню от чудовищ. Они были там, в больших городах и замках, а здесь не было никого, кроме толстого монаха, пришедшего из ниоткуда.

— Я наконец-то получил доклад от командира ляна Чжимина, – снова начал Лей. – Самому стыдно за то, что выслушал его спустя почти сутки. Так вот, парень, твоего учителя не берут стрелы. Почему?

— Я не скажу вам, – спокойно ответил Чжень.

— Скажешь, – командующий Лей помрачнел, и улыбка сошла с его губ. Взгляд мужчины стал серьёзным и грустным. – Ты ведь понимаешь, что скажешь.

Юноша кивнул, глядя собеседнику в глаза. Минуту они сидели молча, затем командующий Лей поднялся на ноги.

— Есть много способов добиться от тебя правды, – сказал он. – Не думай, что мой интерес к тебе свяжет мне руки.