Книга Четыре – число смерти, страница 14 – Натан Зутт

— Вы обвиняете в этом меня или Небо? – спросил колдун, всё ещё очарованный пламенем свечи. Опережая Янь Ляо, ему ответил гром. А следом молния ударила в бу от хижины. Она ударила бы в крышу, если бы хозяин дома не взмахнул рукой, заставляя стихию изменить своё намерение.

— Вас, разумеется, – ответил Янь Ляо. – Погибла ведь не только моя сестра, но и множество невинных.

— Вы назовёте имя своей сестры? – спросил хозяин дома, поставив свечу на землю и повернувшись к гостю. Янь Ляо не увидел в его холодных глазах ничего, кроме отблеска пламени.

— Зачем оно вам?

— Я буду скорбеть по ней, – сказал господин, читавший Тайпинцзин. – Так же как я буду оплакивать вас.

Он улыбнулся, и его холодные глаза на мгновение вспыхнули, отразив отблеск молнии снаружи. Затем раздался новый громовой раскат.

— Если мне всё же придётся вас убить, – закончил мысль хозяин дома.

— Её звали Янь Ксу.

Колдун кивнул, потом повторил это имя, словно смакуя его на языке.

— Янь Ксу.

— Она была прекрасным человеком, – сказал Янь Ляо. – Но никто об этом не узнает.

— Большинство людей прекрасно, – усмехнулся хозяин дома. – И, к сожалению, известно об этом немногим.

Свеча погасла сама собой. Колдун вздохнул. Янь Ляо взял у него свечу, прижал к себе, будто бы пытаясь вобрать в себя последние остатки тепла. Он коснулся пальцами фитиля, потёр его.

— Дурной знак, – устало произнёс хозяин дома. Янь Ляо кивнул. Молодой даос передал ци фитилю, и тот снова загорелся, но погас уже через мгновение. Янь Ляо отставил свечу в сторону. – Мне правда очень жаль, что ваша сестра и учитель погибли.

Янь Ляо только качнул головой, снова отворачиваясь от мужчины. Дождь, казалось, становился всё сильнее и страшнее с каждой минутой. Молодой даос даже думать не хотел, что сейчас творится под холмом. Поднялся ветер, завыл, и мандаринка на крыше жалобно закрякала. Её едва было слышно с порога, но Янь Ляо чувствовал её страх.

— Мне жаль всех, кто погибнет ради Жёлтого Неба, – продолжил колдун. – Но я ничего не могу с этим поделать. Волю Неба нельзя нарушить, можно лишь следовать ей или упрямиться. Но это упрямство только умножит страдания других.

— Если бы, – Янь Ляо говорил очень медленно, раздумывая над каждым своим словом. – Мои учитель и сестра… выступили на одной стороне с монахом. Мы бы победили вместе.

— Если бы вы победили вместе, – колдун улыбнулся одними губами. Взгляд его оставался холодным и пустым. – Проиграли бы все люди. Эпоха Голубого Неба…

— Должна закончиться, – повторил за хозяином дома Янь Ляо. – Но в этом нет никакого смысла. Ответьте, какое благо людям от той напасти?

Молодой даос повернулся к хозяину дома, стараясь заглянуть ему в глаза. Отыскать, между вспышками молний, хотя бы каплю сострадания на лице колдуна. Хотя бы маленькое движение желваков, хотя бы намёк на слезинку или прикушенные от горя губы. Казалось, что рядом с господином, читавшим Тайпинцзин, не было даже призрака скорби.

— Вы должны спрашивать не об этом, – наконец ответил колдун. – Почему вы не хотите слушать самого себя, господин Янь? Почему вы забиваете свою голову вопросами, ответы на которые не волнуют ваше сердце?

— Потому что сердце мне сейчас не нужно, – сказал молодой даос. – Я пришёл убить вас. Вы заставили меня изменить своё мнение, но чем больше вы говорите, тем сильнее я возвращаюсь к своему намерению.