Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4, страница 175 – Джин Соул

— О том, что вы постель делите, я и сам догадался, – сказал Юньхэ. – Ай, Чангэ, не ожидал от тебя! Пользоваться духовным вызовом, чтобы обуздывать желание…

— Какую чушь ты несёшь! – возмутился Чангэ, очнувшись от раздумий, но невольно покраснел при этих словах.

— Так уж и чушь? – фыркнул Юньхэ. – Мир смертных тебя изменил. На Небесах ты вёл себя благопристойно и не позволял себе лишнего.

— Я не позволяю себе лишнего, и я нисколько не изменился, – отрезал Чангэ. – Не выдумывай. Что за непристойные мысли!

— Я ведь не осуждаю тебя, – пожал плечами Юньхэ. – Ты в самом расцвете сил, одной медитацией справиться с буйством плоти сложно, но зачем использовать духа, когда в мире смертных так много возможностей? Смертные девушки… или юноши, – оговорился Юньхэ, – прекрасны и непорочны, одно удовольствие забавляться с ними.

— Меня не интересуют смертные, – сказал Чангэ и переставил фигуру на доске. – Шах.

— В мире смертных и феи встречаются.

— Феи меня тоже не интересуют.

— Хм… хм… – сказал Юньхэ и незаметно сдвинул фигуру, воспользовавшись тем, что Чангэ отвлёкся.

Но если Чангэ и отвлёкся, то Шу Э ничего не упускала. Она прищёлкнула пальцами, и ближайшая к Речному богу тень ухватила его за руку – поймала с поличным!

— Ай! – испуганно воскликнул Юньхэ. – Что это такое? Что-то схватило меня за руку!

— Ты сжульничать хотел! – возмутился Чангэ, увидев, что фигуры сдвинуты.

— Неважно! Что-то меня схватило! – испуганно восклицал Юньхэ, тряся рукой, но тень и не думала отпускать.

— В храмах часто случаются чудесные явления, – сказала Шу Э невозмутимо и поставила чай рядом с шахматной доской, – вероятно, это одно из них. Подумать только, жульничать в храме…

— Это храм имени меня, – возмутился Юньхэ, – я вправе делать здесь что угодно!

Шу Э кивнула на алтарь:

— Вот та часть хижины имени тебя. Всё остальное принадлежит Чангэ.

— Шу Э, отпусти его, – велел Чангэ, видя, что Речной бог перепуган не на шутку. – Не хочу, чтобы он залил всё здесь. Речные боги, когда пугаются, непроизвольно устраивают наводнения.

Шу Э шевельнула пальцем, тень спряталась среди прочих теней хижины.

Юньхэ вскочил на ноги и помчался к двери, пропыхтев:

— В другой раз доиграем.

— Кто знал, что боги такие трусы, – разочарованно надула губы Шу Э. – А если бы я сказала ему, что я Повелитель теней?

— Пощади его, – засмеялся Чангэ и протянул руку за чаем.

Шу Э поспешно выхватила у него чашку:

— Я тебе другой заварю.

— Опять что-то ему подмешала? – укоризненно спросил Чангэ.

Шу Э покраснела.

— И почему он так тебе не нравится? – удивился Чангэ.

— Потому что он нравится тебе, – капризно сказала Шу Э.

Чангэ засмеялся и притянул Шу Э к себе, чтобы поцеловать. Та милостиво позволила Чангэ это сделать.

— К слову о чудесных явлениях в храме, – сказала Шу Э, когда Чангэ её отпустил. – У нас, кажется, ещё гости.

— Гости? – удивился Чангэ.

Шу Э кивнула на дверь. Чангэ поглядел и удивлённо вскрикнул. Стоявшая у двери метла вдруг покрылась свежей весенней листвой, а пучок сухой травы, подвешенный к потолку, чтобы отгонять дурные сны, зазеленел и покрылся соцветиями. Означать это могло только одно: где-то поблизости появился небожитель.