Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4, страница 174 – Джин Соул

— То есть как? – опешил наставник Угвэй.

— Не считая того, что она уже получила новое тело, которое достаточно окрепло, чтобы вместить её бессмертную душу? – сказал Юн Гуань, постукивая пальцем по губам. – Получив его, Шэнь-цзы стала частью Посмертия. Она останется в Великом Ничто.

— Уверен, с твоими-то способностями… – начал наставник Угвэй.

Юн Гуань улыбнулся:

— И не собираюсь возвращать. Шэнь-цзы принадлежит Посмертию и мне. Чтобы вернуть её, тебе придётся просить Хуанди применить Небесную волю, но он никогда этого не сделает.

— С чего такая уверенность? – рассердился Наставник Угвэй.

— Он прекрасно знает, что супругов нельзя разлучать, – с широкой улыбкой ответил Юн Гуань.

Шу Э с самого утра была не в духе: Речной бог опять наведался в гости, чтобы сыграть партию в шахматы.

Чангэ всегда принимал его с радушием. С Юньхэ – так звали Речного бога – они были знакомы уже много небесных лет: Чангэ знал его ещё до своего изгнания с Небес, они приятельствовали. Если Юньхэ приходил, то засиживался допоздна, а Чангэ вёл себя предупредительно и никогда не выпроваживал его силой.

Шу Э это не нравилось. Ей вообще никто не нравился, но если настырных людишек от даоса она отвадить могла, то от Речного бога избавиться было не так-то просто, и Шу Э всё чаще хотелось натравить на него теней. Но приходилось заваривать чай и даже иногда разливать его по чашкам.

— Водные духи слишком глупы, чтобы играть с ними в шахматы, – сказал Юньхэ. – А твой дух-помощник?

— Мой дух-помощник? – рассеянно отозвался Чангэ, который изучал фигуры на доске. – У меня нет духа-помощника.

Юньхэ повернул голову и поглядел на Шу Э, которая как раз боролась с искушением подмешать к чайному сбору какую-нибудь гадость. Чангэ чай не пил, так что весь чайник предназначался гостю.

Юньхэ слышал, что люди называют Шу Э духом-помощником, и теперь слова Чангэ его удивили. Он-то полагал, что Чангэ её призвал.

— Ты не его дух-помощник? – спросил Юньхэ. – Тогда кто ты?

Шу Э пренебрежительно выгнула бровь:

— Лучше тебе этого не знать.

— Почему? – удивился Юньхэ.

— Потому что ты тогда вряд ли осмелишься приходить сюда. О… хорошая идея же… Чангэ, – окликнула она с надеждой, – можно мне сказать ему, кто я такая?

Чангэ поднял голову от шахмат. Взгляд у него был ещё отрешённый, он раздумывал над следующим ходом: Речной бог хорошо играл в шахматы, а Чангэ не хотелось проигрывать.

— Да, да, – рассеянно отозвался он, – всё что хочешь.

Вообще-то Юньхэ давно подозревал, что отношения у Чангэ с духом-помощником куда ближе, чем того предполагает вызов духа. Они слишком часто друг к другу прикасались при разговоре, и то, как они друг на друга смотрели, тоже о многом говорило.

Юньхэ даже не поленился ночью прокрасться к Речному храму и заглянуть в окно. Чангэ с духом-помощником спали на одной циновке, под одним одеялом. Что ни говори, а хозяин с вызванным духом так себя не ведёт. Юньхэ решил, что вызвал духа Чангэ для несколько иной «помощи».

Юньхэ не слишком разбирался в даосах, но Чангэ был молодым и сильным мужчиной, да ещё и небожителем по крови, а тем и этим жизненно необходимо тешить свою плоть. Шу Э была хороша собой, такую пользовать одно удовольствие. Юноша или девушка это, Юньхэ определить не сумел.