Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 72 – Джин Соул

— Ты ещё Скверну припомни, – ядовито посоветовал Ху Вэй. – Вот поражаюсь я тебе, честное лисье! Сам же демон, а напропалую подозревает других демонов во всяких коварных замыслах.

— Именно потому, что я сам демон, – со значением сказал Ху Фэйцинь.

— Людям ничего не грозит, – отмахнулся от него Ху Вэй. – А если бы и грозило, во дворце бог войны. При нём демоны и пикнуть не посмеют. Такая устрашающая аура, что на сто лисьих чжанов вокруг фонит.

— Правда? – изумился Ху Фэйцинь.

Сам он ничего подобного не чувствовал: особенности восприятия, но слова Ху Вэя его несколько успокоили. Да и волноваться стоило не о людях, а о том, чтобы не попасться. Ху Фэйциню ещё не хотелось возвращаться в Небесный дворец, долгожданная свобода сладостно манила за приключениями на лисью попу.

— Я в этих краях никогда не бывал, – сказал Ху Вэй, чтобы сменить тему.

— А горы-близнецы далеко отсюда? – оживился Ху Фэйцинь.

— Здесь их аура не чувствуется, – после паузы ответил Ху Вэй, и Ху Фэйцинь понял: далеко. Ху Вэй был способен чувствовать ауру мест, где однажды побывал, и безошибочно мог их разыскать даже с закрытыми глазами.

На самом деле Ху Вэй попросту не смог определить расстояние. Вряд ли лисий нюх его подвёл, вероятнее всего, сбивала с толку энергия столицы: здесь было слишком много храмов, и все в честь одного бога, очень сложно в такой атмосфере всеобщей благодати сосредоточиться и выхватить из пространства нужную информацию.

Десять Царств находились на другом конце Поднебесной, так что Ху Вэй вряд ли смог бы почуять горы-близнецы, даже если бы в столице не было столько храмов бога войны, но об этом Ху Вэй не знал, и его немало задело, что лисьи способности проиграли религиозной рьяности блажных людишек.

— Пожалуй, – задумчиво сказал Ху Вэй, похлопав себя по животу, в котором проснулись лисьи фанфары, – не помешало бы и подкрепиться. Это тысячелетнее печенье мне оскомину набило.

Ху Фэйцинь согласно кивнул: на зубах всё ещё скрипели крошки чудовищно чёрствого печенья, которым их потчевали во дворце, и лисьи фанфары в животе тоже раздумывали, а не проснуться ли.

— Надеюсь только, – серьёзно сказал Ху Фэйцинь, – еда в столице… не тысячелетняя.

— Положись на мой лисий нюх. Вынюхаю лучшую таверну в столице, – хвастливо сказал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь подумал машинально, нельзя ли в таком случае будет считать таверну занюханной, но вслух ничего не сказал. Вряд ли Ху Вэй оценит этот каламбур.

Ху Вэй принюхался, поворачиваясь вокруг своей оси. Насколько он мог судить, в столице было несколько десятков таверн, не считая лавок с едой на центральной улице. От предложения Ху Фэйциня купить что-нибудь и съесть по дороге Ху Вэй отказался:

— Слишком много людей. Толкнёт кто-нибудь – или еду выронишь, или подавишься. И шумно. Чтобы поговорить, придётся перекрикивать толпу, только почём зря голос сорвёшь.

— Так ты есть или разговаривать собрался? – утончил Ху Фэйцинь.

— Одно другому не мешает, – объявил Ху Вэй. – Нужно же нам решить, что будем делать дальше? Не шататься же бесцельно по улицам?

Ху Фэйцинь, положа лапу на сердце, был бы нисколько не против бесцельного шатания по улицам. За прошедшие годы мир смертных изменился, здесь было столько нового и интересного. А с другой стороны, план им действительно нужен: будешь по улицам шататься, так и наткнёшься на кого-нибудь из дворца или вовсе на бога войны.