Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 204 – Джин Соул

Обо всём этом отец с сыном узнали в магистрате, куда заглянули, прежде чем пойти на дворцовую площадь.

— А если кто-то придёт и потребует встречи со слугами внутреннего двора? – спросил Чжу-старший.

— При мне такого никогда не случалось, а я служу здесь уже двадцать лет, – ответил магистрат.

Отец с сыном переглянулись. Выходит, Чжу Вансян даже не пробовал выправить разрешение на посещения дворца, иначе магистрат его запомнил бы.

— А если кто-то придёт прямо во дворец? – спросил Чжу Синь.

— Прогонят взашей, – уверенно сказал магистрат. – Много тут всяких шляется! А уж как спустился с Небес бог войны, так народ валом повалил, всем хочется на него взглянуть.

— Бог войны? – переспросил Чжу Синь скептически. – Которому мы поклоняемся?

Магистрат утвердительно кивнул и добавил, что сошествие бога наделало много шума в столице, а его решение жениться на вдовствующей императрице, которую объявили священной змеёй-хранительницей царства Вэнь, тем более.

«Они тут все сошли с ума», – подумал Чжу Синь.

Он не был ни особенно религиозен, ни суеверен и считал, что чудесам место в легендах, а не в жизни. Он дожил практически до года становления, но никогда не сталкивался со странными явлениями, не считая странностей младшего брата.

— Настоящий бог? – благоговейно спросил Чжу-старший. – И с ним можно встретиться?

— Он гость внутреннего двора, – возразил магистрат.

— А не слышали ли в столице, чтобы кто-то пытался ворваться во дворец? – спросил Чжу Синь и крепко сжал локоть отца, чтобы тот не отвлекался на россказни.

— При мне такого никогда не случалось, – ответил магистрат.

«Что ж, – подумал Чжу Синь, – значит, Сян-эр хотя бы вёл себя смирно, иначе бы об этом уже на каждом углу трубили».

— Идём во дворец, – решил Чжу-старший, когда они покинули магистрат.

Отец с сыном подошли к дворцовым вратам. Чжу-старший удержал Чжу Синя за рукав и показал ему начерченную на земле белую линию, заступать за которую было нельзя. Он видел такую у дворца правителя царства Мин и знал, что это приравнивается к вторжению во дворец. Стражники равнодушно поглядели на них, считая их очередными зеваками, которые пришли в надежде заглянуть в ворота и увидеть живого бога. Но Чжу-старший потребовал встречи с привратником.

— Кому я нужен? – спросил привратник.

Благородных господ в незваных гостях он опознал сразу, но правила входа во дворец были одинаковы для всех, будь то аристократы или простолюдины, и он потребовал у них разрешение магистрата.

— Разрешения у нас нет, – сказал Чжу Баоцай. – Я лишь хочу забрать тело своего сына.

— Покойников забирают в морге, – удивлённо сказал привратник. – Почему вы пришли требовать выдачи тела в императорский дворец?

— На постоялом дворе сказали, что мой сын пошёл во дворец и не вернулся, – ответил Чжу-старший. – Его, верно, схватили и казнили, когда он пришёл и потребовал встречи со слугой внутреннего двора.

— А, вы об этом… – протянул привратник и поглядел на незваных гостей внимательнее, а сам незаметно сделал знак поджидавшему поодаль слуге, чтобы сообщил кому следует, если кто следует уже проснулся, а если нет, то кому-нибудь из слуг внутреннего двора.

— Я выкуплю его тело за хорошую цену, – сказал Чжу Баоцай, разволновавшись. – Какой бы позорной ни была смерть, пусть даже совершено было ритуальное осквернение тела, похоронен он должен быть достойно. Каждый заслуживает достойного погребения.