Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 144 – Джин Соул

Недопёсок швырнул мешок на землю, вскочил на него и принялся на нём прыгать, как делают люди, если их что-то рассердило. Потоптавшись хорошенько на мешке, Недопёсок развернулся к нему задом и нагрёб на него земли и сора, как сделал бы с лисьей кучкой. После этого с чистой душой можно было одеваться.

— Лиса в одежде! – опять воскликнул Мин Лу.

Недопёсок раскрыл пасть и заскрипел на него, не сдержавшись. Мин Лу спрятался за плечо Ван Жунсина и смотрел уже оттуда.

— Во-первых, не лиса, а лис, – доложил Сяоху, наскрипевшись.

— Говорящая лиса! – со страхом воскликнули оба юноши.

Чернобурка чисто человеческим жестом хлопнула себя по морде лапой и сказала:

— Чего вытаращились? Говорящего лиса, что ли, не видели?

Люди, понятное дело, не видели, но для Недопёска говорящие лисы были делом привычным, да и на Небесах никто не удивлялся, когда видел говорящих зверей, птиц и даже насекомых: бабочка-вестница вполне себе изъяснялась на четырёх небесных диалектах, но никто при этом на неё пальцем не показывал и глаза не выкатывал.

— Эх, – добавил он огорчённо, глядя на помятую шапку чиновника, и ловко выправил её, ударив об колено, – опять-таки чисто человеческий жест.

Водрузив шапку на голову, Недопёсок довольно распушил шерсть и выпустил хвосты.

— Х-х-хвосты, – заикаясь, выговорил Мин Лу.

Ван Жунсин уже по-настоящему забеспокоился: у обычных лис было по одному хвосту, и только демоны могли похвастаться несколькими. А у этого было… Ван Жунсин вытянул шею и попытался сосчитать.

— Восемь, – заметив его взгляд, сообщил Недопёсок. – У меня восемь хвостов.

— Лиса умеет считать! – выдохнул Мин Лу, сам себе удивляясь, как это он ещё не грохнулся в обморок.

Вероятно, случись эта встреча до происшествия с красноглазой змеёй, юный император уже валялся бы в обмороке или лез на ближайшее дерево.

Недопёсок между тем завязал одежду как следует и прицепил нефритовую бирку к поясу, сразу сделавшись важным и представительным. Глаза у него стали узкими, как щелочки, морда преисполнилась самодовольства, а хвосты веером раскрылись за спиной, причём шерсть на каждом стояла дыбом, словно её начесали. Уж кто-кто, а Недопёсок умел пустить пыль в глаза.

Ван Жунсин, уже понявший, что это не простая чернобурка (нефритовые бирки полагались только важным персонам), осторожно сделал к ней два шага, сложил кулаки и медленно и церемонно поклонился.

— Что ты делаешь? – зашипел на него Мин Лу.

Недопёсок внимательно поглядел на Ван Жунсина и ответил на поклон поклоном.

— Вы, должно быть, небесный чиновник? – вежливо спросил Ван Жунсин.

Недопёску страшно понравилось, что к нему обратились на «вы». Шерсть у него распушилась ещё сильнее, а морда начала расплываться в лисьей улыбке.

— Ещё и на «вы» лису называешь, – опять зашипел Мин Лу.

Недопёсок неодобрительно на него глянул, но обратился к Ван Жунсину, восхитительным образом игнорируя императора:

— Да, так и есть, я небесный чиновник и много кто ещё. Меня зовут Ху Сяоху. Можете называть меня дядюшкой Ху.

— Дядюшкой Ху? – переспросил Мин Лу. – С какой стати нам называть тебя дядюшкой?

— Я не с тобой разговариваю, – отрезал Недопёсок и клацнул на Мин Лу зубами. – Тебе я вообще никак меня называть не позволяю. Поскольку я вас старше, – сменил тон на крайне вежливый Недопёсок, уже обращаясь к Ван Жунсину, – то разумно будет, чтобы вы называли меня дядюшкой.