Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 166 – Джин Соул

Узнать в этой лисьей матроне Тощую было практически невозможно, однако же это была она. Вот бы вытаращился на неё Ху Вэй, если бы они с Ху Фэйцинем уже объявились!

Невероятно, но Тощая, которую теперь почтительно величали госпожой Ху, захватила власть в клане Ху в свои лапы, едва прошла стадию лисьего взросления. После первого гона она выправилась, нарастила бока, отъевшись на демонических харчах, и стала если уж не первой красавицей, так вполне себе завидной невестой. Как же, ведь её в мир демонов привёл сам Владыка демонов, она его запросто «гэгэ» называет, да и с Лисьим богом на короткой лапе.

Но Тощей не было дела до лисьих кавалеров, увешанных тушками куриц и гусей – обычный способ произвести впечатление на потенциальную партнёршу и похвастаться своим достатком и охотничьим умением. Она нацелилась на главу Великой семьи Ху. И дело было вовсе не в том, что, отчаявшись наложить лапы на Ху Вэя, она решила переметнуться к его отцу. Тощей просто не нравилось то, что происходило в лисьем клане в последнее время: все перессорились, Ху Вэй и носа в лисье поместье не кажет, а Ху Сюань вообще изгнали на веки вечные и даже про неё не поминают, словно она и впрямь умерла.

Ху Вэю Тощая была многим обязана: это он нашёл её, издыхающую, когда она попалась в капкан и изгрызла себе лапу, чтобы освободиться, это он вызволил её из капкана, унёс на Лисью гору и выходил, это он учил её Лисьему Дао. Конечно, обращался он с ней скверно, но Тощая не видела в том ничего дурного: он в лисьей иерархии её выше, так и должно быть, чтобы высшие лисы наводили страх на лис обычных. И Ху Сюань Тощая тоже любила. Та-то была с ней ласкова и так искусно залечила ей изувеченную капканом лапу, что она даже не хромала теперь. А ещё она её подкармливала, полагая, что она слишком тощая для своих лет, но Тощая эти лисьи гостинцы всегда припрятывала на чёрный день.

«Как бы мне всех их помирить?» – гадала Тощая. Был бы здесь Недопёсок, они бы вместе непременно что-нибудь придумали, но Недопёсок теперь лиса высокого полёта, до него ни лапой не дотянешься, ни допрыгнешь: он на Небесах первый лисий бонза. Вот уж повезло! О таком повышении в ранге ни одна простая лиса и мечтать не могла.

«Если я хочу всех помирить, – размышляла Тощая, – ранг у меня должен быть такой, чтобы никто и фыра поперёк тявкнуть не посмел. В боги подаваться рано, у меня всего-то пять хвостов, а в верховные демоны – поздно, этот ранг уже занял гэгэ».

Она была лисой неглупой и скоро сообразила, что, стань она главой клана, её решения никто не смог бы оспорить. Но чтобы стать главой клана, нужно свергнуть всех этих дядюшек Ху и, разумеется, самого Ху Цзина, а это Тощей не по силам: во-первых, их слишком много, а во-вторых, они все старше и сильнее её, да и вообще – чистопородные демоны, тогда как она из перерождённых лисов-оборотней. Тощая было отчаялась, но первый гон подсказал ей верное решение: если правильно хвосты распустить, высоко взлетишь. Не до Небес, конечно, но ей того и не надо.

И Тощая так ответственно подошла к претворению своих коварных лисьих планов в жизнь, что Ху Цзин и опомниться не успел, как уже ставил отпечаток лапы на брачном договоре. А признаться честно, он её побаивался: после лисьего взросления Тощая переменилась, вызверилась и стала матёрой лисой, охотно пускающей в дело и зубы, и когти, так что ни у кого бы духу не хватило оттаскать её за хвост по старой памяти. Они все видели трёпку, которую Тощая задала лисьим свахам, когда те напомнили о традиционном лисьем многожёнстве. Шерсть клочками летела во все стороны! Никому из дядюшек Ху и тем более Ху Цзину не хотелось испытать это на своей шкуре, и они молчаливо сложили с себя полномочия в пользу новой госпожи Ху.