Книга Вор Мертвого города, страница 72 – Андрей Глухарёв

Отряд зашевелился. Во мраке лязгнула сталь, заскрежетали кольчуги. Я слышал, как Крэг с глухим мычанием перехватил свою чудовищную секиру, а Харгрим грязно выругался, снимая с пояса боевой молот. Лорис, все еще тяжело дышавший после потери своего драгоценного скакуна, издал звук, похожий на шипение рассерженного кота — его парные клинки со звоном покинули ножны из кожи ската.

Хлюп.

Звуки стали громче. Ближе. В нос, перебивая запах конской крови, ударил новый аромат. Так пахнет в распоротом брюхе утопленника, пролежавшего неделю в тухлой воде. Запах застоявшейся тины, гниющей рыбьей чешуи и мерзкой, неестественной сырости.

В полной темноте глаза бесполезны. Разум начинает рисовать монстров из любого случайного шороха. Но в моем ремесле ты учишься доверять ушам больше, чем зрению. Я закрыл глаза, чтобы напряженные веки не отвлекали попытками поймать несуществующий свет. Мой слух разделил пространство на участки. Слева — бурление воды. Там что-то тяжелое и мягкое подтягивается на край обрыва, цепляясь когтями за камень. Скрежет. Мокрый шлепок. Сверху — прямо над головой Даррена — звук отлипающей от свода присоски. Справа…

Лошадь Брана истошно, пронзительно завизжала.

Я услышал звук разрываемой плоти — влажный, тяжелый треск, за которым последовал фонтан теплой жидкости, брызнувший мне на лицо. Что-то массивное, склизкое и невероятно сильное обрушилось на животное сверху. Жеребец рухнул на колени.

— Во имя Первородного Волка! — загрохотал Бран. Раздался свист рассекаемого воздуха, и тяжелый длинный меч северянина с оглушительным лязгом врезался во что-то твердое. Судя по звуку, в камень.

От удара стали о базальт во все стороны брызнул сноп ярких, ослепительно-желтых искр. На долю секунды этот жалкий свет выхватил из мрака сцену, от которой кровь заледенела бы даже у инквизиторов Коллегии.

Это были Слепцы. Твари нижнего мира. Я успел увидеть одну из них, вцепившуюся в шею умирающего коня. Они не были демонами из легенд. Они были извращенной насмешкой природы. Слепцы. Человекоподобные амфибии-переростки. Их кожа, покрытая густой, мерзкой слизью, имела трупно-белый, почти прозрачный оттенок, сквозь который просвечивали черные вены. У них не было глаз — верхнюю часть плоского черепа покрывала сплошная, гладкая костяная пластина. Зато пасть… Пасть была чудовищной. Она начиналась от подбородка и уходила почти к самым жаберным щелям на шее, усеянная рядами загнутых внутрь, похожих на ржавые рыболовные крючки зубов. У них были неестественно длинные, мускулистые конечности, оканчивающиеся перепончатыми лапами с когтями, способными крошить сланец.

Искра погасла. Мир снова провалился во тьму, но теперь эта тьма кишела ими.

Слепцы издавали мерзкое, влажное шипение, похожее на звук стравливаемого пара, и щелкали своими челюстями так быстро, что это сливалось в сплошной костяной треск.

— Руби их! — заорал Даррен, и я услышал, как его клинок со свистом врубается во что-то мягкое. Существо зашипело, обдав нас тухлой вонью.

Я присел на одно колено, уходя из-под возможного удара сверху, и обратился в слух. Драться вслепую — это не махать мечом как ветряная мельница. Это значит ждать, когда враг сам наткнется на твою сталь.

Справа от меня раздался хриплый вскрик Лориса.