Книга Вор Мертвого города, страница 43 – Андрей Глухарёв

Спустя два часа небо окончательно прорвало. То, что начиналось как мелкая, противная морось, превратилось в настоящий ледяной шторм. Вода обрушилась на нас стеной, холодная, как поцелуй покойника. Она пробивала плащи, текла за шиворот, заливала глаза. Ветер выл в ущельях, бросая в лица горсти колючей каменной крошки.

Температура стремительно падала. Я чувствовал, как немеют пальцы на поводьях. Лорис ехал, сгорбившись, его золотистые волосы потемнели от воды и облепили лицо, превратив прежде яркого павлина в жалкое, промокшее чучело. Харгрим перестал ругаться — гном просто вцепился в седло мертвой хваткой, его борода превратилась в мокрую сосульку, торчащую параллельно земле из-за ветра. Крэг, казалось, вообще не замечал непогоды, но даже его гигантский конь начал спотыкаться от усталости. А Лира… Лира не пережила бы эту ночь. Она лежала грудью на шее своей лошади, ее губы были синими, а глаза полузакрытыми. Магия может спасти от демонов, но она бессильна против переохлаждения, когда ты — всего лишь двадцатилетняя девчонка из теплой столичной Башни.

— Даррен! — крикнул я, пытаясь перекрыть вой ветра. Я пришпорил коня, поравнявшись с командиром. — Нам нужно укрытие! Лошади падут, а следом и мы!

Даррен кивнул, щурясь сквозь пелену дождя. Его напарник, ехавший рядом, вдруг поднял руку в черной перчатке и указал куда-то вправо.

Сквозь серую мглу проступили очертания чудовищного нагромождения скал. Они торчали из земли под дикими углами, словно ребра исполинского, мертвого зверя, обглоданные временем. Две огромные базальтовые плиты сошлись вместе, образуя глубокий, широкий навес, уходящий в недра скалы — подобие просторной, неглубокой пещеры.

— Туда! — скомандовал Даррен.

Мы въехали под каменные своды. Звук барабанящего по камням дождя мгновенно отдалился, сменившись гулким эхом лошадиных подков. Внутри было сухо. Пахло старым птичьим пометом и сырым камнем, но сейчас этот запах казался слаще ароматов императорских садов. Места оказалось достаточно, чтобы завести вглубь всех лошадей и укрыться самим, не прижимаясь к мокрым стенам.

Отряд спешился в тяжелом, измотанном молчании. Слышалось только дыхание животных и стук зубов людей. Бран аккуратно сгрузил полубессознательную Лиру на кучу сухой земли у задней стенки пещеры.

— Нужен костер, — прохрипел северянин, вытирая мокрое лицо тыльной стороной ладони. — Иначе пташка околеет до утра. Да и я бы не отказался погреть кости.

— Огонь увидят, — отрезал Лорис, нервно отжимая подол своего испорченного плаща. Южанина била крупная дрожь. — И дым. Если нас ищут…

— Пусть ищут, — Харгрим тяжело спрыгнул с коня, с лязгом бросив на камни тяжелую седельную сумку. — Я лучше приму бой с топором в руках, чем сдохну от насморка в этой дыре. Иди сюда, волосатый, помоги гному.

Они с Браном быстро обшарили углы пещеры. К нашему счастью, сюда годами наносило сухой кустарник, старые ветки и засохший помет горных козлов — идеальная растопка. Харгрим достал из своих бесчисленных карманов крошечное кресало из темной гномьей стали и щепотку алхимического порошка. Одна искра, короткая, почти беззвучная вспышка зеленоватого пламени — и сухие ветки радостно затрещали, пожираемые огнем.

Я стоял у самого входа в пещеру, скрытый в тени нависающего камня, и смотрел в непроглядную тьму пустошей, где бесновался шторм. Костер позади меня разгорался, бросая на неровные своды пещеры длинные, пляшущие тени. В нашем ремесле говорят, что огонь во тьме — это маяк для дураков. Но сегодня этот огонь был единственной границей между нами и абсолютным холодом.