Книга Тень и Коготь, страница 244 – Джин Родман Вулф

— Когда я сам был еще молод, кухонные мальчишки повадились вскрывать замок и шарить здесь втихомолку. Я этому положил конец, велел врезать замок понадежнее, но, боюсь, все самое лучшее давным-давно растащили.

— Что это за комната?

— Изначально – гардеробная для просителей. Для верхней одежды, для шляп, для сапог, понимаете ли… В подобных комнатах неизменно скапливаются вещи, о которых счастливчики, уходя, позабыли, а поскольку это крыло с давних пор занимает Отец Инире, полагаю, кое-кто из приходивших увидеться с ним так и не вышел назад, а кое-кто из выходивших наружу никогда к нему не входил… – Сделав паузу, ключник огляделся вокруг. – Пришлось дать солдатам ключи, чтоб не вышибли дверь, пока ищут этого Бевзека, так что и меч ваш они вполне могли оставить где-нибудь здесь. А если нет, наверное, унесли к себе, в кордегардию… Это ведь, надо думать, не он?

С этими словами он вытащил откуда-то из угла древний эспадрон.

— Да уж, конечно.

— Ну а других мечей здесь, боюсь, нет. Могу рассказать вам, как отыскать кордегардию. Или, если угодно, разбужу одного из пажей – пусть сходит да спросит.

Ведущая на галерею лесенка доверия отнюдь не внушала, но я, позаимствовав у ключника свечку, взобрался наверх. Конечно, солдатам вряд ли пришло бы в голову прятать «Терминус Эст» там, однако мне требовалось слегка потянуть время и пару минут поразмыслить, что я еще могу предпринять.

В то время как я карабкался на галерею, сверху донесся негромкий шум, принятый мною за шорох лапок какого-то грызуна, однако, подняв голову и свечу над полом галереи, я увидел там, в уголке, того самого невысокого человечка, что вместе с Гефором догнал меня у дороги, преклонившего передо мною колени в истовой, страстной молитве. Разумеется, это был он, Бевзек, только имя его всплыло в памяти лишь сейчас.

— Что там, ваша честь?

— Тряпье. Крысы.

— Так я и думал, – подытожил ключник, как только я сошел с последней ступеньки. – Следовало бы как-нибудь самому туда заглянуть, но в мои годы лазать по подобным сооружениям, знаете ли, желанием не горишь. Угодно ли вам отправиться в кордегардию самому или мне разбудить одного из мальчишек?

— Сам схожу.

Ключник глубокомысленно закивал.

— Думаю, так оно будет лучше всего. Пажу меча могут и не отдать, и даже не признаться, что он у них. Сейчас вы, как вам, безусловно, известно – в Гипогее Апотропеическом. Если вам не угодно, чтоб вас останавливали патрули, выходить наружу не стоит, а значит, лучше всего подняться по этой лестнице, под которой мы сию минуту находимся, на три пролета и повернуть налево. Далее ступайте по обходной галерее, и этак шагов через тысячу достигнете гипетрала. В темноте этого можно не заметить, а посему внимательно поглядывайте по сторонам. Увидев вокруг множество всевозможных растений, сверните направо и пройдите еще около двух сотен шагов. У дверей неизменно стоит караул.

Поблагодарив ключника, я, пока он возился с замком, двинулся наверх первым, и, миновав пролет лестницы, укрылся в ближайшем коридоре. Когда же ключник, миновав меня, убрался подальше, я снова спустился вниз, в коридор, ведущий к аванзале.

Если меч мой действительно был унесен в какую-то кордегардию, вернуть его иначе как тайком или силой возможным не представлялось, и прежде чем прибегать к тому либо другому, мне хотелось удостовериться, что он не оставлен в каком-нибудь более доступном месте. Вдобавок меч вполне мог попасться на глаза прячущемуся по темным закоулкам Бевзеку, и я решил первым делом расспросить о мече его.