Книга Сводница без тормозов, страница 27 – Любовь Перуница

Я замер. Сердце бешено заколотилось. Так он знает. Знает всё.

— Так что собирай вещи, Женя. Ты возвращаешься. У тебя здесь три причины, и ни одной уважительной для отсрочки. Ясно?

— Так точно, — выдохнул я, поняв, что пути назад нет.

— Жду. И, Женя… — его голос смягчился на полтона. — Не подведи. Ни меня, ни себя.

Он положил трубку. Я медленно опустил телефон, глядя в пустоту. Бежать было некуда. Давно пора было вернуться и расставить все точки над i.

В груди порхали бабочки. Глупые, настырные, отказывающиеся слушать голос разума. Я ехала на работу, и улыбка сама расплывалась на моем лице. Все из-за вчерашнего звонка. Из-за его голоса. Жениного голоса. Он звонил поздно, почти ночью, голос был уставшим, но таким родным, что щемило где-то глубоко внутри.

«Просто хотел услышать тебя, Ариш», — сказал он. И мы говорили больше часа. Ни о чем и обо всем сразу. Смеялись над воспоминаниями, строили планы, которые казались такими хрупкими и нереальными, что о них даже страшно было говорить вслух. Я ловила каждое слово, каждый вздох, вживляя в память, как заклинание. Он был счастлив. Со мной. И это чувство, это пьянящее, головокружительное ощущение счастья, было таким острым, что почти физически присутствовало и давило своей силой.

Но за этим светом, как неизбежная тень, таилась горечь. Горькое, тошное послевкусие сомнений. Он был там, в Москве. Уехал внезапно, сказав, что «надо разобраться с кое-чем». Какое расплывчатое, удобное «кое-что». Сначала я почти поверила. А потом на меня накатила паника. Он уехал туда, возможно с ней. Милана. Его официальная, признанная всеми невеста. И мой тихий, приватный ужас заключался в том, что я боялась не его измены. Я боялась, что он поедет с ней. Что его «разобраться» — это красивый способ «вернуться к нормальной жизни», к той, где меня нет.

Он не сказал, что всё кончено. Завершил ли он с ней отношения? Или я просто стала удобным побегом на время его кризиса? Эта мысль, как ржавая игла, впивалась в самое сердце моей радости, отравляя её. Я не знала ничего наверняка. И эта неизвестность была хуже любой плохой новости.

Утро было солнечным, и я, поддавшись порыву легкомыслия, поехала на велике. Любимый свитер, ветер в волосах, ощущение, что всё еще можно исправить и вот-вот станет совсем хорошо. Вселенная, казалось, решила проучить меня за эту наивность. К обеду небо нахмурилось, а к концу смены обрушилось на город ледяным, яростным ливнем. Прогноз, как назло, снова солгал. Я стояла у окна салона и смотрела, как потоки воды смывают улицу. Теперь домой предстояло ехать по размытым лужам, промокшей насквозь и злой. Похоже на метафору всей моей жизни в последнее время.

Работа сегодня не клеилась. Две клиентки одна за другой отменили записи в последний момент. «У ребенка температура», «Сорвалась на важное совещание». Знакомые, набившие оскомину отговорки. Я безропотно убирала уже приготовленные лаки и инструменты. Такое стало случаться всё чаще. Я знала корень зла — новую волну анонимных отзывов. «Мастер хамит», «Работа сделана небрежно, всё облезло через день», «Атмосфера ужасная». Чушь собачья. Но кто станет разбираться? Новые клиенты смотрят на рейтинг и проходят мимо. Чувство беспомощной ярости сверлило меня изнутри. Кто-то очень старался испортить мне репутацию.