Книга Измена. Когда под сердцем жизнь, страница 67 – Анна Риман

— Как? Почему? — мне не удавалось нормально задать вопрос. Дыхание сбилось, а в глазах появились слезы.

— Он участвовал в операции по задержанию Мизюкова. Все пошло не по плану. Полиция не разглашает подробностей. Я знаю только, что Степан Михайлович арестован.

— В каком состоянии Алексей? — дрогнувшим голосом спросила я.

— Состояние тяжелое, — после небольшой паузы ответил Александр Павлович. — Врачи боятся делать прогнозы.

— Я вылетаю ближайшим рейсом.

— Мне ведь вас не отговорить, правда? — с печалью в голосе спросил мужчина.

— Боюсь, что так.

— Тогда я подготовлюсь к вашему приезду.

Самолет садился нестерпимо долго. Адвокат обо всем позаботился, и в аэропорту меня ждала машина.

— Отвезите меня в больницу, — попросила я.

— Александр Павлович настаивал, чтобы доставить вас сначала на квартиру, — возразил водитель.

— Вы везете меня, а не Александра Павловича. Поэтому поедем в больницу, — слишком резко ответила я.

Водитель недовольно поджал губы, но возражать больше не посмел. Мне было необходимо увидеть Алексея. Я слишком долго ждала, чтобы теперь, когда он так близко, думать о чем-то другом.

За окнами проплывали виды любимого города, но я не могла ни на чем сосредоточиться и нервно закусывала губу, пытаясь унять волнение. Не так я представляла свое возвращение.

Стоило машине остановиться у длинного серого здания, и я тут же выбралась на улицу. Оставила водителя ждать, а сама поднялась на пятый этаж в отделение реанимации. Молоденькая медсестра в отглаженной форме подняла на меня удивленные глаза.

— Я к Алексею Скриптову, — на одном дыхании выдавила я.

— А его уже увезли, — хмурясь, сообщила девушка.

— Куда? — хватаясь дрожащими руками за край стола, пролепетала я.

— Да не пугайтесь вы так! В обычную палату перевели. Ему стало лучше, — заверила меня медсестра. — Это этажом ниже.

Пока ждала лифт, представляла, что скажу, что он ответит и так по кругу. Но когда за мной закрылась дверь палаты, и среди белых простыней я увидела осунувшееся лицо мужа, все слова куда-то испарились. Я просто стояла в дверях, и слезы сами потекли из глаз.

— Ксения! — прошептал Алексей потрескавшимися губами.

Попытался приподняться на локтях, но не удержался и бессильно опустился обратно на подушку. Я подошла к койке и протянула руку. Мне хотелось дотронуться до него, почувствовать пальцами тепло кожи, но я не решалась. Просто смотрела молча. Слезы капали на накинутый на плечи белоснежный халат, оставляя мокрые пятна. Было невыносимо видеть сильного, полного энергии мужчину настолько слабым и измученным. Сердце разрывалось от нежности и боли.

Алексей поймал мою руку и легонько сжал ее в своей большой ладони. Я улыбнулась ему в ответ и присела на край кровати.

— Вернулась?! — через силу выдохнул он.

— Пациенту нельзя пока разговаривать, — вмешался вошедший в комнату врач. — Сейчас ему нужен отдых.

Я попыталась встать, но Алексей не отпускал мои пальцы, пока не пообещала вернуться утром следующего дня.

Врач мягко выпроводил меня из палаты, и только, когда дверь за нами плотно закрылась, уточнил:

— Вы бывшая жена? Ксения Степановна?

Об успешном окончании развода Александр Павлович сообщил мне еще неделю назад, но я словно забыла об этом свершившемся факте, продолжая в мыслях называть Алексея мужем. И только сейчас, когда совершенно незнакомый человек назвал меня бывшей, ко мне, наконец, пришло осознание случившегося. Отныне мы с Алексеем чужие люди. Единственное, что нас объединяет — неродившийся еще на свет ребенок.