Книга Измена. Когда под сердцем жизнь, страница 64 – Анна Риман

— Не надо плакать, девочка. Константин был благородным, но не наивным. На случай если с ним что-нибудь случится, он оставил четкие распоряжения относительно вас.

Я удивленно посмотрела на мужчин.

— Он в чем-то подозревал Мизюкова?

— Скорее догадывался. Положение у Степана Михайловича было патовое. Кредиторы давили со всех сторон, угрожая скорой расправой. А тут такая возможность просто взять и исчезнуть. Он ведь знал, что по документам Константина Реченкова давно нет в живых, — вклинился в разговор молчавший до этого следователь. — Мы предполагаем, что во время пожара должен был погибнуть не только господин Джонни Браун, но и вы. По чистой случайности в этот момент около дома оказался ваш муж, который и вытащил вас наружу.

— Алексей тоже замешан? — пугаясь собственных слов, еле слышно прошептала я.

— Мы пока не знаем, насколько сильно он увяз в делах Мизюкова. У меня сложилось впечатление, что Алексей Данилович умело ведет собственную игру, — как-то неуверенно пояснил Иван Петрович и покосился на адвоката.

— Вы еще что-то от меня скрываете? — почувствовав неладное, повысила голос я.

— Ваш муж собрал документы для признания вас недееспособной.

Мужчина говорил тихо и спокойно, но у меня в голове словно пронеслись раскаты грома. Горло перехватило. В легких закончился воздух. Я пыталась вдохнуть, но вместо этого только судорожно открывала рот и сжимала кулаки.

Приступы паники, отступившие в последнее время, появились снова.

На табло загорелась надпись: “пристегните ремни”, и самолет плавно пошел на посадку. Почти сутки дороги подошли к концу. Пересадки, аэропорты, обеспокоенные лица. Чувствовала я себя несчастной и измотанной. Уезжать из родного города совершенно не хотелось. Тем более в такой спешке.

Адвокат и следователь настаивали.

— Отнеситесь к поездке как к отпуску. Поживете в Лондоне, посмотрите местные достопримечательности, оформите наследство. Как только Мизюкова поймают, вернетесь. Неизвестно, может, вам понравится и решите там остаться.

В последнем я сильно сомневалась. Роль прожигательницы жизни меня больше не устраивала, мне хотелось развивать наш с Наташей бизнес, встречаться с подругами, растить ребенка.

Несмотря на мои сомнения, подруга идею отъезда поддержала:

— Что значит, ты никуда не поедешь?! Не говори глупостей, проект Бегунова почти закончен. В твоем присутствии нет необходимости.

На мои возражения, что не хочу оставлять ее одну со всеми проблемами, Наташа ответила резко:

— А за жизни свою и ребенка ты не боишься?! Все это не шутки, Ксюш. На тебя уже покушались. Поезжай, а там разберемся.

И я поехала. С одной ручной кладью.

— Домой я бы попросил вас не возвращаться. Все необходимое купите на месте. Да и путешествовать в вашем положении лучше налегке, — помогая собраться, настаивал Александр Павлович. — Документы я подготовил. Будем постоянно на связи.

Лондон встретил меня серым моросящим дождем. Я рассеянно смотрела в окно такси и мечтала о том, чтобы поскорее лечь спать. Длительная дорога давала о себе знать упадком сил и сонливостью, а мне еще предстояло обустроиться на новом месте.

Машина замедлила ход, и мы оказались в очень уютном районе с разноцветными рядами ухоженных таунхаусов. Я невольно залюбовалась разнообразием красок и обилием цветов. Водитель остановился перед одним из домов, и я в нерешительности пошла к входу. Не успела нажать на звонок, как дверь распахнулась. На пороге стояла миниатюрная, темноволосая женщина около сорока.