Книга Пятая зона пульса, страница 89 – Юля Артеева

— Я могу предоставить доказательства обратного. Фото… видеоматериалы… показания свидетелей.

— Встретимся в суде, Погодин.

Ника первая подается ко мне, чтобы поцеловать. Делает это очень нежно и неторопливо. Ладонями обнимает за шею, прижимается теснее, дышит глубоко.

Когда инстинктивно толкаюсь к ней бедрами, слегка откидывает голову, прерывая поцелуй, ловит воздух раскрытым ртом.

Я глажу ее тело, изучаю изгибы, запоминаю то, как ощущается кожа. Скользнув ладонью между ног, чувствую, как Добронравова немного разводит их в стороны, давая мне доступ. Ползу выше и в конце концов прижимаюсь ребром ладони к ее белью. Горячо. Она тоже меня хочет, и Ника тут же подтверждает это тихим стоном.

— Леша…

— Какие на тебе трусики?

Распахнув глаза, ловит мой взгляд своим, я уверен, расфокусированным. Хоть в темноте и не могу в точности этого видеть.

Выдает едва слышно:

— Белые.

Я надавливаю сильнее, и она снова стонет. У меня самого голова плывет, а дикое животное желание захватывает каждую клетку организма. Я очень давно не испытывал такого к девушке, и вдруг понимаю, что отчаянно наслаждаюсь каждой секундой этой горячки.

— Я тебя хочу, — озвучиваю то, что и так ясно.

Целую ее глубоко, переплетая наши языки, костяшкой указательного пальца нахожу самое чувствительное место и получаю еще один сексуальный стон, который Добронравова выдает прямо мне в рот.

Отстраняется и, снова прикрыв веки, шепчет:

— Я тоже. Тоже безумно тебя хочу. Но мы можем… Боже… — Сбивается, выгнувшись навстречу моим движениям. — Можем сегодня обойтись без секса?

— Это уже секс, Ника.

Второй рукой беру ее за шею и снова целую. Наша слюна смешивается, ее так много, что кажется, еще немного, и она начнет капать на подушку.

Она убирает ладонь с моей шеи, чтобы опустить вниз и прижать к бугру на моих шортах.

С шипением втягивая воздух через сжатые зубы, бормочу:

— Предлагаешь остановиться?

Добронравова сжимает пальцы, через ткань обхватывая меня нежно, но настойчиво. Проводит по всей длине и шепчет:

— Ты спрашивал про петтинг…

Перекатившись на спину, я нетерпеливо говорю:

— Иди сюда.

Она путается в одеяле, издает тихий смешок, потом седлает меня, упираясь коленями в матрас. Убирает от лица волосы, смотрит внимательно, замерев, а потом делает движение бедрами, от которого мы оба мычим несдержанно.

Дергаю за край футболки и прошу:

— Сними. Хочу смотреть.

Ника хватается за подол и одним резким и невероятно эротичным движением избавляется от этой детали одежды. Я замираю. Пялюсь на ее грудь, кажется, целую вечность прежде, чем накрыть ее обеими ладонями. Добронравова всхлипывает, раскачивается на мне медленно. Голова откинута, волосы рассыпаны по плечам, кожа горячая и влажная. С некоторой долей сожаления я опускаю руки, чтобы обхватить Нику за бедра и задать чуть более быстрый темп. Не могу больше терпеть. Если уж сегодня мне суждено кончить в штаны, хочу сделать это прямо сейчас.

Моя девочка опережает меня всего на несколько секунд, что я понимаю по искренним и уже совершенно не тихим стонам и по ее телу, которое напрягается в моих руках. Когда она склоняется надо мной обмякшая и прижимается раскрытым ртом к шее, я тоже достигаю пика. Обхватываю обеими руками, притискивая Добронравову максимально близко к себе. Толкаюсь бедрами еще пару раз, ловлю отголоски острого, почти болезненного удовольствия.