Книга Хочу назвать женой, страница 6 – Виолетта Иванова

Матвей хотел возразить жене, но раздался голос Алаяны:

— Я не против.

— Вот и хорошо, — Пелагея торжествующе посмотрела на мужа. — Разгружайте товар, я пока вашей приблуде комнатку освобожу.

Иван стоял возле матери и молчал, виновато глядя на Алаяну. За время дороги она пришла в силу, краски жизни вернулись к ней. Теперь она была не такой бледной, но по-прежнему прекрасной, так и хотелось смотреть на нее. А еще Анфиса поделилась с ней своей одежкой, да еще юбку успела ей сшить из полотна, что купила для себя. В повозке Матвея лежали два рулона красивой шелковой ткани, которую Иван в подарок Леде купил, но не стал тканью делиться с Алаяной, отец не позволил: «Не делай этого. Только хуже сделаешь».

— Чего стоите? — вновь Пелагея повысила голос на мужчин, потом накинулась на Алаяну. — А ты со мной иди. Помогать мне будешь по дому. Кормить тебя просто так никто не станет. Завтра скажу, что делать будешь, а пока пошли в комнату, сама себе уберешь. Стара я стала, чтобы спину гнуть на всяких приблудных девиц.

Комната, вход в которую шел из сеней, была крохотной. Здесь хозяева хранили свои инструменты, какие-то мешки, старую посуду.

— Вот все это уберешь в сарайку, что за домом, потом пол подметешь. Я Ваньке скажу, чтобы он тебе топчан здесь сколотил. Доски есть. Потом он тебе тюфяк сеном свежим набьет. У тебя хоть что-то есть с собой — одежда, обувь, деньги?

— Нет, — девушка покачала головой. — Вот только колечко, что батюшка с матушкой мне подарили в прошлом году, когда мне пятнадцать годков исполнилось.

— Покажи, — потребовала Пелагея и протянула руку, давая знак, чтобы девушка положила ей в ладонь кольцо. В ее голове уже мелькала мысль, что может она продаст это кольцо, хоть что-то получить с этой приживалки.

Алаяна покачала головой.

— Нет, я не могу снять его. Это оберег мой.

Пелагея сощурила глаза, в груди нарастала злоба. Вечером она все скажет своему мужу — зачем он притащил в их дом эту сиротинку без гроша на душе. Видела она, как ее сын смотрит на эту девку, словно нет ничего краше. А у них уже сговор со старостой оженить Ваньку на Ладе. Как раз в этом году девка в возраст вошла. Да и приданое к ней знатное дают. Пусть ее Матвея и считают старшим обозным, уважают и в ноги кланяются, но стать свояченицей старосте села и жить припеваючи совсем другое дело. А тут эта Алаяна появилась, на которую Ванька безотрывно смотрит. Девка и вправду красивая, что даже Пелагее завидно стало, но беднота никому не нужна. Не для того Пелагея за Матвея в свое время замуж вышла, который зажиточным женихом считался, когда за ней безродный Федот увивался. Их дом богатым считался, хотя любовь в семье так и не появилась, а Федот через два года женился на другой безродной и сейчас живут счастливо себе в полном достатке, дом большой поставили, больше, чем Матвеев дом, детишек народили. Его Катерина ходит и счастьем своим светит, чем злит Пелагею. Иногда Пелагея ругала себя, что отказала Федоту, теперь бы он ее называл «любимой», дарил бы наряды и пылинки сдувал, как со своей Катьки. А она от своего Матвея ничего не видит, как жил в доме родителей, так и живут сейчас, теснятся в двух комнатах, а сын растет. Хоть и ходит Матвей старшим торговых обозов, но нет у него удачи, о какой мечтала Пелагея, когда шла за него замуж. Вот и стала вымещать на муже свои обиды, ругала его часто.