Книга Совратить недотрогу, страница 173 – Юлия Герман

Красивое лицо Киры исказила гримаса гнева.

— А это уже не твоя забота. Как только ты уберешься с горизонта, все у нас с ним наладится.

Спустя десять минут я вышла из кабинета управляющего в смятении и с четким решением. Но до самого вечера я прокручивала снова и снова предыдущий вечер и разговор с Петей, сгорая от нетерпения увидеть его и зная, что не смогу поступить иначе…

— Привет, – с бешено колотящимся в груди сердцем я встретила его после смены у дверей кухни ресторана.

— Привет, – улыбался он, окидывая меня пылающим голодным взором.

— Увези меня отсюда, – не могла оторвать взора от его мужественного и красивого лица.

— Куда? – спросил он низким, бархатистым голосом.

— Куда угодно. Хочу быть с тобой сегодня….

Ната

— Проходи, – открыл дверь в квартиру Державин, и я шагнула на негнущихся ногах в его обитель.

Щеки горели, сердце учащенно билось, проламывая грудную клетку. Я знала, что грядет, более того, я намеренно поехала с Петей, желая этого. Страх перемешался с предвкушением и пониманием тупиковости нашего общения…

Я практически ничего не замечала вокруг, кроме него. Все мои органы чувств сосредоточились на блондине и том, чем он занимался.

Я слышала его шаги, дыхание, чувствовала его запах, заполнивший мои легкие, физически ощущала идущее от него, такое схожее с моим, волнение.

На протяжении восьми лет я не позволяла другим мужчинам касаться меня. Восемь лет ни один представитель мужского пола не смог во мне пробудить желание близости. И стоило в мою жизнь ворваться прошлому, снося на своем пути все словно неконтролируемая стихия и напоминая о том, что во мне все еще живы те самые желания, которые однажды пробудил во мне именно он – виновник всех моих бед.

— Нравится? – спросил хрипло, останавливаясь позади меня.

Только теперь поняла, что я оказалась возле панорамного окна с обзором на весь город. И пусть эта квартира меньше той, что была у него в родном городе, она не менее шикарна. Просторная гостиная-студия и коридор, уводящий в спальню.

— Да, – не поняла, про что именно он спрашивал.

Фокус внимания сместился с ночной панорамы на Державина, стоящего позади меня.

Сердце встрепенулось, и в животе все стянулось в узел.

Блондин казался таким большим, крепким будто скала, а виделась себе практически незаметной на его фоне. Видела, как он приблизился ко мне, и дыхание сбилось. Я втягивала воздух часто и маленькими порциями, стараясь успокоить волнение.

Петя снял с меня джинсовый пиджак, откидывая его в сторону, и положил руки поверх моих кистей, переплетая наши пальцы, и осторожно повел широкими горячими ладонями вверх по предплечьям и плечам, оставляя за собой след из мурашек. Петя коснулся моей шеи, массируя и не отрывая взгляда от нашего отражения.

— Расслабься, Мотылек, – наклонил голову, сменяя руки на губы.

Стоило ощутить прикосновение мягких губ к моей коже, как остаток моей выдержки расплескался тихим стоном.

— Черт, Нат, – нежно целовал тыльную сторону шеи так, что я ослабла в ногах. – Я так скучал по тебе! Так скучал, – не отрывался от обнаженных участков кожи, исследуя их ртом и поглаживая мои руки.

Я превратилась в желе, подрагивая от каждого его прикосновения и медленно уплывая в сладкое марево.

— Наташа, – шептал он горячо и обхватив мой подбородок, повернул лицо на себя, впиваясь мне в рот поцелуем.